Дюжина беспилотных "Шершень — 2бис" расцепились с консолью и устремились к поверхности планеты. Стоило им войти в атмосферу, как она вокруг них озарилась пламенем и за ними потянулся огненный след — это начали испаряться предохранительные оболочки-обтекатели.
— "Грачам" старт! Вслед за "Шершнями2 окунулись в атмосферу штурмовики. Это были совсем не те "Грачи", которые утюжили позиции чжунхуйских войск на Немезиде. От первой модели осталось только название. Новая модель была беспилотной и как и "Шершни" могли стартовать с орбиты, защищенные такими же обтекателями.
— "Маленькие" — Первому! Эшелон достигнут, отстрел оболочек произведен. Приступаем к контролю.
— Принято!
Спустя короткое время:
— "Грачи" — Первому! Верхний эшелон достигнут, отстрел оболочек произведен!
— Принято! Занять рабочий эшелон! Десанту внимание! Авангарду старт!
Теперь вниз пошли челноки с передовым отрядом десанта. Нет, это еще не живая сила, пока еще роботы, которые должны выйдя на грунт, обеспечить оборону плацдарма.
Высадка десанта происходила без всякого противодействия со стороны противника. Я начинал подозревать, что нам просто некому противодействовать. Конечно сыграло свою роль и то, что мы подавили всю связь в жилой зоне. Не только связь. Автоматика всех более-менее сложных технических систем тоже перестала работать. Похоже что здесь совсем нет готовности к отражению агрессии. А раз так, то переходим к другому варианту действий. Как только закончилась высадка передовых групп, я решил, что осторожничать не стоит и отдал приказ операторам боевой машинерии начать брать под контроль жилую территорию. Одновременно мы прекратили работу средств подавления.
А дальше все было неинтересно. Наше вторжение было больше похоже не на войну, а на маневры с редкими боевыми стрельбами. Как только передовые группы вторглись в жилую зону, а высаженные заранее ударно-поисковые группы взяли под свой контроль аэропорт, началась высадка основных сил десанта. Высадка эта происходила уже не по-боевому. Наши челноки просто садились на взлетно-посадочную полосу, выгружали десант и возвращались на корабли. Гораздо сложней пошли дела у агентурно-боевых групп. Те штаб-квартиры, что были намечены нами к захвату, имели как живую охрану, так и автоматизированные средства обороны. Там уже пришлось вести полноценный штурм. Собственных сил агентурно-боевым группам для этого не хватило. Пришлось ждать подхода десантных подразделений и повторять все заново. Правда, когда охранники увидели подошедшие к нашим подкрепления, трепыхаться им расхотелось и они сдались вместе с обитателями штаб-квартир. Вся эпопея с захватом планеты продлилась не более трех часов. Но радоваться я не спешил. Это сейчас враг оказался беспомощным. Серьезного сопротивления нет лишь потому, что все пребывают в растерянности. Скоро здесь все придут в себя и спокойная жизнь закончится.
Распространять Слово Божье можно по-разному. Где-то для этого хватает одной мирной проповеди. Но так получается не всегда. Иногда этому мешают. Особенно если проповедовать приходится там, где тебе совсем не рады. И тогда с помехами приходится бороться. Если особого ожесточения нет, то вся борьба сводится к обычным диспутам, полемике в средствах массовой информации и другим мирным формам борьбы. Но есть случаи, когда проповедовать крайне опасно. Именно для таких случаев и был создан орден иезуитов. Вопреки распространенным заблуждениям, он никогда не являлся спецслужбой. Шпионаж и тайные убийства были мерой хоть и допустимой, но крайней. А значит и прибегали к ним только когда припрет. Ставка обычно делалась на явную и скрытую агитацию. Поэтому, настоящий иезуит, это прежде всего педагог. Но если возникала в том нужда, учитель мог стать и диверсантом. А вот кем иезуиты никогда не были, так это карателями. Именно об этом сейчас отец Фернандо и жалел. Вначале, когда считалось, что предстоит разгромить обычное разбойничье гнездо, священник настоял на своем участии в карательном походе лишь для того, чтобы привычными методами наставить людей на путь истинный. Вместе с ним, отправились в путь десять схоластиков ордена, считающих, что придется излечивать души пусть и заблудшим но людям. То, что разбойничий притон оказался вдобавок еще вертепом сатанистов, расстроило но не смутило. Воин Христов, как и любой воин не должен смущаться, если враг оказался не таким как ожидалось ранее.
— Братья! Мы прибыли на такую войну, где не принято проявлять милосердия к побежденному. На этой войне нет слова "капитуляция". Война, где враг может выглядеть ничтожным и безобидным, но подлым он останется всегда. На этой войне нас будут не только убивать оружием. Грязью и клеветой тоже можно уничтожать. И как милосердный лекарь беспощаден к чуме, так и нам придется не щадить погубленных дьяволом. Те, кто не в силах нести на себе этот крест — могут уйти в сторону и сохранить чистоту своих одежд. Мне нужны те, кто не боится грязи и скверны. Прочие будут обузой.
