Они лежали какое-то время в темноте, молча после соития, но она знала, что должна обсудить тему. Проверить почву.
– Эш, – проговорила она.
– Что?
– Ты веришь в теорию параллельных вселенных?
Она видела, как его губы вытянулись в улыбке. Это была беседа на его волне.
– Да, пожалуй.
– Я тоже. В смысле, это ведь научно? Это же не просто какой-то заумный физик придумал: «Эй, параллельные вселенные – это круто. Напишу-ка я об этом теорию».
– Да, – согласился он. – Наука не доверяет всему, что звучит слишком круто. Слишком фантастично. Ученые – как правило, скептики.
– Именно, и все же физики верят в параллельные вселенные.
– К этому идет наука, верно? Все в квантовой механике и теории струн указывает на то, что существуют множественные вселенные. Их тьма.
– Ну, что бы ты сказал, сообщи я, что посещала другие свои жизни и в итоге выбрала эту?
– Я подумал бы, что ты рехнулась. Но все равно любил бы тебя.
– Что ж, я это сделала. Я видела много жизней.
Он улыбнулся.
– Отлично. А есть такая, в которой ты меня еще поцелуешь?
– Была та, в которой ты хоронил моего мертвого кота.
Он рассмеялся.
– Это так круто, Норик. Что мне в тебе нравится, так это то, что рядом с тобой я чувствую себя нормальным.
И все.
Она поняла, что может быть честной, насколько это возможно, но люди видят истину, только если она близка к их реальности. Как писал Торо: «Важно не то, на что смотришь, а что видишь». Эш видел только ту Нору, в которую влюбился, на которой женился, и такой, в каком-то смысле, она и становилась.
Во время детсадовских каникул Молли, во вторник, когда Эш не дежурил в больнице, они поехали в Лондон, чтобы повидать брата Норы, Джо, и Эвана в их квартире в Хаммерсмите.
Джо выглядел хорошо, а его муж – в точности так же, как тогда, когда Нора увидела его в телефоне брата в своей олимпийской жизни. Джо и Эван встретились на комплексных тренировках в местном спортзале. Джо в этой жизни работал звукорежиссером, а Эван – доктор Эван Лэнгфорд, если точнее, – рентгенологом в Королевской больнице Марсдена, так что у них с Эшем было много общих тем для обсуждения.
Джо и Эван были милы с Молли, подробно расспрашивали ее, как поживает панда. И Джо приготовил им великолепный обед – пасту с брокколи и чесноком.
– Это апулийский рецепт, – сообщил он Норе. – Изучаю наше наследие.
Нора подумала об их итальянском дедушке и задалась вопросом, каково ему было – узнать, что London Brick Company в действительности находится в Бедфорде. Был ли он искренне разочарован? Или просто решил воспользоваться этим по максимуму? Возможно, существовала версия их деда, который все же
У Джо и Эвана был заполненный винный стеллаж в кухне, и Нора заметила, что одна из бутылок – калифорнийский шираз из виноградников Buena Vista. У Норы по коже мурашки побежали, когда она увидела две подписи внизу этикетки: Алиша и Эдуардо Мартинес. Улыбнулась, понимая, что Эдуардо был так же счастлив и в этой жизни. Она тут же задумалась, кто такая Алиша и как выглядит. По крайней мере, там были красивые закаты.
– Все хорошо? – спросил Эш, так как Нора зависла над этикеткой.
– Да, конечно. Просто, хм, похоже, это хорошее.
– Это мое любимое, – заявил Эван. – Чертовски хорошее вино. Откроем?
– Ну, – отозвалась Нора, – только если вы будете пить.
– Ну, я пас, – сообщил Джо. – Я в последнее время увлекся. И теперь у меня период трезвости.
– Ты знаешь, каков твой брат, – добавил Эван, целуя Джо в щеку. – Все или ничего.
– О да. Знаю.
Эван уже держал в руках штопор.
– Сегодня был ужасный день на работе. Так что готов вылакать всю бутылку, если ко мне никто не присоединится.
– Я буду, – откликнулся Эш.
– Я обойдусь, – сказала Нора, вспомнив, что в последний раз, когда она увидела брата в бизнес-лаундже гостиницы, тот признался, что он алкоголик.
Они дали Молли книжку с картинками, и Нора читала с ней на диване.
Вечер продолжался. Они обсуждали новости, и музыку, и фильмы. Джо и Эвану очень понравился «Салун “Последний шанс”».
Чуть позже, к всеобщему удивлению, Нора вышла за пределы безопасной темы поп-культуры и задала неудобный вопрос брату.
– Ты когда-нибудь злился на меня? За то, что я бросила группу?
– Это было много лет назад, сестренка. Много воды утекло.
– Ты ведь хотел стать рок-звездой.
– Он все еще рок-звезда, – отозвался Эван, смеясь. – Только весь мой.
– Мне всегда казалось, что я тебя подвела, Джо.
– Ну, не стоит… Но мне кажется, что я тоже тебя подвел. Вел себя так по-дурацки… Я одно время совершенно ужасно с тобой обращался.
Эти слова ощущались как глоток живой воды, ведь она ждала их много лет. Но смогла сказать:
– Не переживай из-за этого.
– До встречи с Эваном я не принимал всерьез душевное здоровье. Я думал, что панические атаки – это чушь… Сама знаешь, «мысли материальны». «Соберись, сестренка». Но потом, когда они начались у Эвана, я понял, что это такое.
