Пожав плечами, Теплый без уже привычных для себя переругиваний двинулся вперед, к полуразрушенному главному строению. Левченко передал фонарик Вовку. Тот мог держать его левой рукой и теперь больше ни на что не годился. Сам же, сжав рукоять пистолета и настороженно озираясь, пошел за Жорой. Жестом велел Игорю идти рядом, на расстоянии вытянутой руки.
Неожиданностей больше не было. Достигнув дверного проема, Теплый на миг остановился, прислушиваясь к черноте. Подойдя сзади вплотную, Левченко несильно, но красноречиво ткнул дулом ему в спину, и Жора, наклонившись, переступил порог.
Как только вошел — сразу отпрянул в сторону, отпрыгнув к стене. Андрей сперва решил: это такой трюк, бандит кинется на него и попробует взять реванш. Уже в следующее мгновение понял: опасения имеют основание. Однако сейчас напрасны. Подумал: Теплый увидел опасность впереди и старается ее избежать. Но и это предположение оказалось безосновательным. Объяснялся маневр просто, Левченко раскусил его: Жора отпрыгнул на всякий случай, опережая вероятное нападение очередного хищника изнутри.
Но, похоже, логово оказалось пустым.
Разве что стойко воняло нечистотами. Видно, житель этого сооружения делал тут все свои дела, совсем уподобившись дикому хищному зверю. Однако внимания на запахи обращать было некогда.
— Присвети.
Вовк выставил руку с фонариком, выдернув из густой темноты контуры перевернутой и сожженной мебели, грязные стены, проход через комнату вперед, к другому проему. Левченко снова кивнул Теплому, требуя идти дальше. Тот вдруг оскалился:
— Сам иди! Бздишь, начальник? Как ты меня заставишь? Хлопнешь?
— Пошел ты…
Левченко вдруг надоели игры. Не только с Жорой. Вообще — какие-либо игрища. Прятаться тут и теперь не от кого, да и Теплый в это мгновение вряд ли готовится ударить в спину. Похоже, любопытство накрыло даже отпетого бандита, на какое-то неопределенное время переборов ненависть. Широко и уверенно ступая, прошел первым, будто ныряя в еще большие глубины загадочной темноты. Дыхание снова стало громким, сердце застучало, будто билось изнутри о грудную клетку.
Переступив порог, вошел внутрь.
Тут воняло не так. Почувствовав интуитивно — впереди стена, больше проходов нет, он остановился, дождавшись, пока за ним зайдут другие и появится свет. Лучик выхватил из темноты узенькую прямоугольную комнату, среди которой валялся перевернутый вверх ножками точно такой же прямоугольный стол. А в углу все увидели то, что искали.
Сейф.
— Ну, здрасьте вам, — протянул Теплый, цыкнув при этом языком.
Подойдя почти вплотную, мужчины окружили его. Перед ними громоздилась прямоугольная стальная махина, которую вряд ли сдвинули бы с места и вдвое больше людей. Ручкой тут служил металлический круг. Жора сразу схватился, попробовал крутнуть, ожидаемо не получил результата, просто подергал. Хмыкнув и снова щелкнув языком, отступил, наклонился, бросив через плечо Вовку:
— Посвети-ка сюда.
Игорь не огрызнулся — наоборот, послушно поднес свет ближе. Левченко взял у него фонарик, теперь заняв обе руки, спросил, будто совсем недавно не тыкал Жоре под ребра пистолетом:
— Что скажешь?
— Немцы, а фирма английская.
— Откуда знаешь?
— Я? — вырвалось у Теплого. — Сейчас обижусь, начальник. Спросил у кота про мышей… Не самая сложная модель. Вряд ли родная, немецкая. Фрицы вполне могли модель слизать. Достаточно серьезная, добротная, только хреновина все равно редкостная.
— Почему?
— Тиражная, Левченко. Я такие видел… Не такие тоже мацал, но эта достаточно распространенная и средней сложности. Хуже было бы, если бы сюда впаяли модный цифровой замок. Инструмент мой не подошел бы. Комбинаций навалом, крутить и слушать нужно. Ушами. Морока, начальник.
— А этот?
— Замок цилиндрический. Механизм закрывает такой сейф между двумя ручками. Вишь, дырка для ключа, специальная. Только узкий влезет или имитация. Дай еще света сюда.
Левченко приблизил фонарик вплотную к дверцам.
— Ты смотри.
— Что?
— Ковыряли. Хотели открыть. Без ключа не выйдет. Без специалиста — тоже. Так как, начальник, показать класс?
— Делай.
— А за это мне.
— ДЕЛАЙ!
Левченко не выдержал перебранки. Нервы на пределе — снова сорвался. Но, похоже, на Теплого не очень-то и подействовало. Спокойно постучал пальцами по металлу, потер подбородок, щелкнул пальцами.
— Не разоряйся, начальник. Мне эту профессию еще вспомнить нужно.
— Вспоминай.
— Ты ствол убери. Так у меня память лучше работает. И все, не мешайте никто.
Паясничание мгновенно прекратилось. Жора стал на удивление серьезным, выудил свои отмычки, для чего-то дунул в скважину. Потом осторожно вставил туда первую, спокойно и неспешно начал шуровать.
Левченко не представлял себе, сколько займет процесс. Тянуться могло часами, он только сейчас об этом подумал. У него, да и у всех остальных, кроме разве что Теплого, в запасе не так много времени. Если в Сатанов уже въехали каратели — тогда совсем нет. Хотя в запасе что-то было. Легенду о своем исчезновении и появлении подготовил, годы двойной жизни научили.
