— И что, у вас есть список? — В голове у Лунина из стороны в сторону металась одна и та же мысль: должно быть, именно так выглядел разъяренный Кноль, перед тем как утащить в кусты оскорбившего его генерала.
— Какой список? — растерялся полковник.
— Список поселковых идиотов. У вас их тут вообще много? Или вы предлагаете провести психиатрическую экспертизу всем местным жителям?
Кноль с сожалением причмокнул губами.
— По первому знакомству, Илья Олегович, мне показалось, что вы умнее, чем этот ваш приятель…
— Зубарев, — подсказал Илья.
— Точно, Зубарев, — кивнул Кноль, — но, похоже, я ошибся.
— Все может быть, — Илья виновато развел руками, — Аркадий Викторович, вы Олега позовите, пожалуйста. И еще у меня одна просьба.
— Говорите, — равнодушно бросил полковник.
— Подготовьте мне список сотрудников, которые в день исчезновения Алины были не на смене. И колония, и ДОК. Не важно, по каким обстоятельствам. И точно такой же список мне нужен на четырнадцатое октября прошлого года. Если можно, то сегодня.
— Список, — Кноль на мгновение нахмурился, а затем на его лице появилась заинтересованность, — это что же…
— Да, — не дожидаясь окончания фразы, кивнул Лунин, — будем искать совпадения. Не знаю, что нам это даст, но искать будем. И в ваших списках, и по всем остальным организациям. А сейчас зовите Олега!
Аркадий Викторович вышел из гостиной, и почти сразу послышался его громкий голос. Несколько секунд спустя Лунин услышал, как загудела лестница под ногами торопливо сбегающего вниз человека. Когда полковник, положив руку на плечо сыну, вновь вошел в гостиную, Илья не смог сдержать удивления.
— До чего же похожи, с вами одно лицо! А мне сказали, что у вас близнецы.
— Двойняшки, Алинка вся в мать. — Кноль подтолкнул сына к креслу, в котором сам сидел во время общения с Луниным. — Вот, оставляю вам парня в целости и сохранности, надеюсь в том же виде получить обратно.
— Не беспокойтесь, — заверил полковника Лунин, — если Олег сделает мне еще чашечку кофе, то у нас с ним даже появится шанс подружиться, во всяком случае, с моей стороны препятствий к этому никаких не будет.
Десять минут спустя Илья неторопливо потягивал горячий кофе и слушал большей частью весьма немногословные ответы Кноля-младшего. К огорчению Лунина, Олег не смог рассказать почти никаких новых подробностей о жизни своей сестры. Училась в школе, занималась дополнительно с преподавателями, самостоятельно готовилась к экзаменам. Свободного времени, которое можно было бы потратить на общение с друзьями, почти не имела, впрочем, как и сам Олег.
— Наверное, с лета у нас дома и не было никого, — признался он Лунину. — Ну а что, большинство поступать хочет, так что вариантов нет, обложишься книжками и сидишь.
— А Борискин? — озадачил собеседника вопросом Лунин. — Дима, он ведь тоже поступать собирается?
— Еще бы, — кивнул Олег, — он у нас на всю школу главный математик. Быстрее учителей задачи решает. А вы с чего о нем вдруг спросили?
— Да так, — пожав плечами, Илья привычно потянулся к вазочке, — мы же сегодня со всеми твоими одноклассниками общались. Я случайно с ним побеседовал. Он говорит, что в тот день, когда Алина пропала, ходил к приятелю, — Лунин на мгновение замолчал, а затем, вспомнив фамилию, торжествующе щелкнул пальцами, — Демичеву!
— И что, — насторожился Олег, — какой из этого надо сделать вывод?
— Никакой, — Лунин усиленно заработал челюстью, перемалывая засунутое целиком в рот печенье, — это я к тому, что время для общения все же найти можно, было бы желание.
— Так ведь это у нас что было, — немного подумав, возразил Кноль, — первый день каникул. Конечно, все расслабились. Отдыхать-то ведь тоже надо.
— И как ты расслаблялся? — полюбопытствовал Лунин.
— В спортзале, — на лице подростка появилась улыбка, — у меня тренировки строго по расписанию.
— Спортзал — это замечательно. — Вспомнив о лежащем дома абонементе в фитнес-клуб, Илья задумчиво причмокнул губами. — И что ты там делаешь, мышцы качаешь?
— Нет, силовой я понемногу дома занимаюсь, у нас в гараже даже скамья для жима есть. А в зале у нас боевое самбо.
— Боевое? — Поперхнувшись кофе, Илья закашлялся и торопливо поставил чашку на стол, чтобы не расплескать остатки.
— Да это больше на рукопашный бой похоже, с ударами, — объяснил подросток, дождавшись, когда из грудной клетки Лунина перестанут вырываться каркающие звуки.
— Угу, я имею некоторое представление, — как можно увереннее произнес Лунин. — Это что, у вас в школе секцию организовали?
— Нет, можно сказать, у меня индивидуальные занятия. У нас на питомнике, вернее, в колонии, — поправился Олег, — есть один инструктор. Раньше он призовые места по области брал, а сейчас уже в возрасте, не выступает, работает кинологом, а заодно занятия иногда для сотрудников проводит. У них при колонии свой спортзал есть. Но там, если честно, они всего два приема отрабатывают, захват и удержание, а со мной он серьезно занимается. Должно быть, отец ему что-то за это платит, но я точно не знаю, я сам никогда денег Алексеичу не передавал.
