И всё же она была встревожена. Но уйти сейчас она не могла, потому что в доме вовсю громыхал скандал: Дуглас продал квартиру, которую он купил для себя и для Мерседес.
– Так расстроить нашу милую Мерседес, и всё ради того, чтобы выручить свою глупую мамашу! – кричала Китерия.
Но Дуглас хладнокровно не замечал её. Главным для него было оправдаться перед Мерседес.
– Мерседес, дорогая, я должен был это сделать, чтобы получить разрешение на выезд. Я мог получить необходимые деньги, только продав нашу квартиру. Теперь мы можем уехать в Барселону и там я куплю другую квартиру для тебя.
– Это ты посоветовал такую глупость Дугласу? Иуда! – крикнула Китерия мужу. – Как только у тебя хватило наглости поступить так со мной!
– А причём здесь ты, Китерия? Эта квартира принадлежала им, и Дуглас волен распоряжаться ею, как хочет.
– Нет, это не он распоряжался, это твоя чёртова бывшая жена. Куда она девала деньги, которые посылал ей Дуглас? Пока мы здесь отказывали себе во всём, она истратила целое состояние.
– Кто это здесь отказывает себе во всём? Это филе «миньон», которое мы сейчас едим, этот туалет от Кардена? Это всё называется нуждой? – язвительно спросил Дуглас.
– Да-да-да! – кричала Китерия. – Вы и ваша мамаша обираете нас с Мерседес.
– Да ты просто ненормальная! – взорвался Дуглас. – У тебя просто талант загребать всё под себя.
Мерседес застонала, как от зубной боли:
– Я больше не могу!
– Прости, Мерседес, – спохватился Дуглас. – Я напрасно завёл этот разговор при тебе.
– Ничего, я, пожалуй, пойду, отвлекусь, мне нужно встретиться с Розой, поболтать о тряпках.
– Хорошо, я отвезу тебя к ней.
– Не надо, я возьму такси.
– Мерседес, не огорчайся из-за квартиры, мы купим другую.
– Да, это не слишком приятно, но не смертельно. Я позвоню тебе.
Когда она ушла, Оливия, поедая торт со взбитыми сливками, прошамкала набитым ртом:
– Глупый ты, Дуглас. Ни к какой Розе она не пошла, она всё врёт.
– Я вижу, что ты терпеть не можешь Мерседес, но не надо вешать на неё всех собак. Это несправедливо и, кроме того, она моя жена.
И всё же замечание сестры не давало Дугласу покоя. Слова об Аугусто сидели занозой, и, кроме того, он и сам видел, что Мерседес лгунья. Он заехал к Розе в лавку, но Мерседес там не было. И тогда он поехал к Женуине.
Вашингтон приплёлся к Женуине под каким-то чепуховым предлогом. Она приболела, лежала в постели и была рада приходу гостя.
– Ну как там, в моей палатке, всё в порядке? – спросила она.
– Да, Сорро справляется. А вы болеете? А где же сеньор Тулио, он что, поехал в Сан-Паулу?
– Да никуда он не поехал.
– А это, правда, что сеньор Диего живёт в Сан-Паулу?
– Не знаю. Но Тулио вбил себе в голову, что он обязательно должен его найти. Недавно он разговаривал с матерью Феррейриньи.
– Как вы сказали?
– Так звали одного друга Диего. Они вместе играли в бильярд. У этого парня было прозвище «Серебряный кий», а его мать сейчас в приюте, потому что «Серебряный кий» умер.
– Бедная старушка, – сочувственно сказал Вашингтон.
– Да, мы с Тулио подумываем о том, чтобы забрать её к себе.
– Понятно. Ну ладно, я пошёл, привет сеньору Тулио.
В этот же вечер всё, что Вашингтон узнал от Женуины, было доложено Манэ Бешиге.
Дуглас вернулся домой грустный и попросил Оливию сделать ему кофе, что она исполнила с величайшим удовольствием.
– Ну что, нету твоей жёнушки у подруги? Я правильно сказала?
– Наверное, она пошла по магазинам. Она ведь любит «лизать витрины», как говорят французы.
– Нет, милый братик, она любит совсем другое, и, если ты, наконец, хочешь открыть глаза и увидеть правду, посади меня к себе в машину и я скажу тебе один адресок, где твоя жена.
…Мерседес расхаживала по гостиной в доме Аугусто.
– Мерседес, что за дела? Ты могла бы позвонить, и я бы привёз тебе это письмо. Почему у тебя всегда какие-то тайны и что у тебя общего с Уго?
– Это у тебя общее с Уго, вы придумали всё это, чтобы заманить меня сюда.
– А я вот сейчас открою конверт и прочитаю, что в нём написано. Тогда всё станет ясно: заманивали ли мы тебя сюда или кто-то другой тебя заманивает, или тебе просто захотелось повидаться со мной.
– Ты что, ненормальный? Я вышла замуж, Аугусто, я счастлива и больше не желаю с тобой знаться.
Нанда первой увидела машину Дугласа и поняла, что он приехал проверить, у кого находится Мерседес. Она быстренько сбегала к Женуине и предупредила её, что Мерседес сейчас у Аугусто, а её муж приехал за ней.
– Беги, предупреди Мерседес, чтобы она не выходила от Аугусто, и любыми способами затащи её мужа ко мне.
Но Мерседес и не собиралась уходить от Аугусто. Они лежали в постели, и бедной Нанде пришлось только крикнуть в окно, что муж Мерседес пошёл к Женуине. Мерседес попыталась встать, но Аугусто удержал её.
– Ничего страшного, дорогая, Женуина сумеет задержать его надолго. Я так скучаю без тебя.
Дуглас действительно сидел у Женуины и делал вид, что пьёт кофе.
– Не волнуйтесь, Мерседес только что вышла, она пошла мне за лекарством.
– Но зачем она приходила к вам?
– А что, разве ей нельзя меня навещать? – удивилась Женуина.
