Положив загипсованную ногу на стул, как всегда причёсанная и элегантная, Венансия принимала посетителей.
– А что с руками у Изабелы? – шёпотом сказала Венансия невестке. – Она специально надела платье с длинными рукавами, но я отлично вижу, что у неё забинтованы запястья.
Обняв дочь, Лаис отвела её в сторону.
– Что случилось, девочка?
– Ничего, мама, ничего страшного.
– Покажи мне твои руки, что это значит?
– Ничего не значит, – пророкотал своим бархатным баритоном подошедший Вагнер. – Это произошло случайно.
– Ты не хочешь ничего мне сказать, девочка? – спросила Лаис.
– Нет, мама, то, что я хотела сказать, я написала в письме, и это письмо у папы в сейфе.
– Вот как? – Лаис подняла брови. – У папы в сейфе? Ну что ж, ты уже взрослая женщина, и ты вправе решать свои проблемы с теми, кого ты выбираешь сама.
Доктор Конрадо был чернее тучи. Он сообщил секретарше, что уезжает на несколько дней, и попросил забронировать ему номер в Чикаго.
– Зайдите ко мне, Элза! – сказал он в селектор.
Элза возникла на пороге и голосом рядового, отчитывающегося перед генералом, сообщила: «Я уже распорядилась отменить все ваши встречи, бронь в гостинице подтвердили».
– Посмотри, пришла ли Лукресия? Если она на месте, пригласи её ко мне, а потом никого не пускай!
– Не беспокойтесь, пока я здесь, вам никто не помешает! – Элза исчезла и через минуту в кабинет вошла Лукресия.
– Присаживайся, пожалуйста.
– Доктор Конрадо!…
– Извини, пожалуйста!… Прости, Лукресия, я никак не могу собраться, у меня будет к тебе одна просьба личного плана. Ты можешь сразу отказаться… Ты, наверное, знаешь, что Аугусто вновь будет работать со мной, и это меня очень радует. Только я знаю, что Аугусто и Вагнер не могут нормально ужиться друг с другом. Аугусто исполнен благих намерений, ему хочется делать всё, как положено, но я хорошо знаю собственного сына и понимаю, что за него нельзя поручиться. Рано или поздно у них с Вагнером снова начнётся сражение!
– И вы хотите, чтобы я этому помешала? – спросила Лукресия.
– Нет, нет! Такое задание было бы просто невыполнимо… Лукресия, мне сейчас очень нелегко, я развожусь с женой… Я говорю тебе об этом для того, чтобы ты знала, как для меня сейчас важно, чтобы Аугусто был рядом. Мне необходимо, чтобы мой сын остался со мной!
– Я понимаю.
– Я решил обо всём рассказать тебе, – продолжал Конрадо, – потому что ты лучше меня знаешь, в чём причина разногласий между Аугусто и Вагнером. Я не прошу тебя шпионить… Ради Бога, не подумай так, ни в коем случае. Мне только нужно, чтобы ты предупредила меня, когда между ними станет назревать конфликт.
– Доктор Конрадо, я всегда восхищалась вами как человеком и как специалистом. Я готова выполнить любое ваше поручение. Вы можете положиться на меня.
– Спасибо, Лукресия, когда я распорядился пригласить тебя сюда, я не сомневался, что всегда могу рассчитывать на твою помощь и, может быть, даже на более близкие отношения…
– Конечно!
Лаис вошла в приёмную комнату решительными шагами.
– Доктор Конрадо у себя? – спросила она Элзу.
– Да, но… видите ли…
Лаис толкнула дверь в кабинет.
– Я на минуту! – бросила она Элзе.
Увидев Конрадо и Лукресию, сидящих рядом, она застыла на пороге.
– Извини, Конрадо, я бы никогда не позволила себе столь неожиданного и неловкого для тебя вторжения, если бы речь не шла о твоей матери. С ней случилось не очень большое, но очень неприятное происшествие. Мне кажется, тебе следует навестить её.
Конрадо хотел что-то сказать, но Лаис уже закрыла за собой дверь.
Лукресия вышла из кабинета с гордо поднятой головой и торжествующей улыбкой.
Уго замыслил плотную осаду Мерседес. Время от времени он позванивал ей домой и сообщал, что написал ей письмо, грозился передать это письмо в руки Оливии.
Мерседес знала, что Оливия ненавидит её. Она очень хорошо видела, что девчонка влюблена в своего сводного брата и твёрдо решила, во что бы то ни стало выжить Мерседес из дома. Мерседес с иронией относилась к этой идее: она знала, что Дуглас никогда не расстанется с ней. Но она не знала до конца, на что способен Уго, поэтому на его звонки и просьбы приехать повидаться отвечала, что она сделает это тогда, когда ей будет удобно.
Уго пугал не только Мерседес, он решил не отпускать от себя и Кима. Время от времени он предлагал ему небольшие, но очень рискованные мероприятия. Вот и сейчас он предложил Киму отнести конверт Аугусто.
– Я не буду ничего больше делать для тебя, – сказал Ким.
– Но ведь ты уже сделал.
– Ну и что, я ведь несовершеннолетний и ничего не знал. В случае чего я скажу, что ты меня заставил.
– Значит, ты решил прикинуться дурачком.
– Это лучше, чем быть вором.
– Слушай, то, о чём я прошу тебя сейчас, совсем не опасно. Это любовная игра. Когда Аугусто вернётся, подсунь этот конверт ему под дверь.
Уго позвонил Мерседес и сказал, что она слишком долго тянула со встречей, и он отдал письмо Аугусто.
– А что там, в этом письме?
– То же самое, что и в предыдущем.
– Ничего у тебя из этого не выйдет, Уго! – Мерседес бросила трубку.
