Оливия и Патрисия приходили после уроков к Китерии Жордан не только без страха, но даже с некоторой наглостью. Они усаживались на кухне, где горничная специально для них готовила обед, поедали огромное количество мороженого и сластей, слушали любимые кассеты.
Патрисия пользовалась любой возможностью забежать в лавку, чтобы повидать Уго.
Китерия просто млела, глядя, как дочь Лаис Соуто Майя уплетает её обеды, да и просто расхаживает по её, Китерии, дому. Она выдавала девчонкам деньги на кафе по их первой просьбе, и они, прихватив Уго, мчались развлекаться. Занятия в лицее были заброшены.
Близились экзамены и с ними полный крах, и, значит, полное разоблачение. В хорошенькой головке Патрисии родилась идея похитить экзаменационные билеты. Таким образом, думали глупые девчонки, экзамены будут отложены до осени, а уж за лето они наверстают упущенное.
В план был посвящён Уго, который сказал, что он обдумает все детали и найдёт помощника, который будет стоять на стрёме.
Вот тут-то Оливия струхнула. Она думала, что всё ограничится разговорами, но теперь, когда предприятие стало обрастать реальными деталями, ей стало не по себе. Она попыталась отговорить Патрисию, предложила засесть за уроки, но Патрисия просто высмеяла её.
– Уго всё сделает, не бойся! Знаешь, какой он храбрый и бывалый? Какие крутые у него приятели? Мы ездим на пляж, где… ну, ладно, ты ещё маленькая слушать такое.
Патрисия очень гордилась тем, что стала женщиной, и всячески давала понять Оливии, что они теперь неровня. Но именно круг знакомств Уго и путал Оливию. Она как-то видела приехавших вместе с ним на мотоциклах парней в «косухах» и раскрашенных девиц.
Инстинкт самосохранения подсказывал Оливии, что от таких компаний надо держаться подальше.
А мать, будто нарочно, подталкивала её к Патрисии. Если Оливия хотела позаниматься и, чтобы не идти с Патрисией и Уго в кафе, где собирались свои, говорила, что у неё болит голова, – Китерия просто выпихивала её из дома.
В голове Кигерии зрела новая идея: попасть на день рождения подруги Лаис Рутиньи. Она исподволь готовила Патрисию выступить проводником этой идеи. Патрисия видела её нехитрые ходы и держала Китерию на крючке, обещая раздобыть приглашение.
В осуществлении плана похищения билетов были два узких места. Первое – нужна была машина; второе – никто не соглашался стать соучастником и постоять на стрёме. У мальчишек предместья было чутьё на запах криминала, ведь они выросли среди этого запаха и научились его распознавать. С большим трудом Уго уговорил младшего сына Тулио – Кима.
Теперь осталось дождаться, когда Лаис отправится на какую-нибудь вечеринку без машины.
Патрисия не выходила вечерами из дома, сторожа мать. Венансия и Лаис не могли нарадоваться: девчонка взялась за ум.
И вот долгожданный вечер наступил. Лаис отправилась в гости вместе с Рутиньей на машине подруги.
Патрисия нежно поцеловала мать и пообещала ей лечь пораньше. Дом был пуст: отец – в Чикаго, Аугусто где-то болтался, Изабела уехала развлекаться с Вагнером.
Патрисия позвонила Оливии и пригласила её в кино.
Почуяв недоброе, Оливия сказала, что последнее время её замучили головные боли, но Патрисия настаивала, и, как всегда, встряла Китерия. Она подслушивала разговор по параллельному телефону и, не в силах скрыть это, засюсюкала:
– Патрисия, дорогая, конечно, Оливия пойдёт в кино. Она засиделась, ей надо развеяться. Я вас отвезу сама.
– Спасибо, дона Китерия. Вы так добры, я ужасно хочу, чтобы вы, наконец, познакомились с мамой. Мама дала мне машину на вечер, я приеду сама.
– Но ведь тебе нет шестнадцати, ты не можешь править автомобилем!
– Но, это же, недалеко! Ничего страшного, мама разрешила. Я сейчас приеду.
– Давай, одевайся скорее, да получше, – приказала Китерия дочери.
– Мам, я не хочу в кино, – попробовала отговориться Оливия. – Уже поздно.
Но сопротивление было бесполезно.
– Давай, давай. С Патрисией тебе можно везде и всегда.
Они подхватили Уго и Кима в условленном месте. Оливию била лихорадка.
– Слушайте, если охранник поймает нас, вы представляете, что будет? – попыталась она остановить злоумышленников.
– Никто нас не поймает. Ким будет стоять на шухере и свистнет при малейшей опасности. – Уго был настроен решительно.
Патрисия с восхищением и любовью смотрела на него.
Они поставили машину в тени у высокого каменного забора, огораживающего двор лицея Сен-Клер.
Киму велели наблюдать за охранником. Охранник сидел в вестибюле и был хорошо виден через стеклянные двери. Патрисия, Оливия и Уго зашли с тыльной стороны двора, перелезли через забор и проникли в здание лицея. Уго захватил с собой отмычки. Эти отмычки совсем добили Оливию. Их налёт приобрел профессиональный колорит.
Открывая дверь за дверью, Уго привёл их в учительскую. Туда он тоже проник легко.
Вожделенные билеты стопкой лежали на столе, но свет включить было нельзя, с фонариком поиски нужных вариантов требовали времени.
Подростки стали ворчать и переругиваться. Уго открыл окно, чтобы посмотреть – на месте ли Ким, и сделал это напрасно: листки разлетелись по полу.
