Мерседес слонялась по дому, не находя себе места. Магазин – дом. Дом – магазин. Никаких развлечений. Ну что это за жизнь? И Вагнер куда-то запропастился. Она уже собралась пойти к какой-нибудь из подруг, когда в комнату влетел Ким, сообщив, что Мерседес ждёт у дома какой-то молодой мужчина в роскошном автомобиле. Мерседес кинулась переодеваться, хотела навести красоту, но в ванную было страшно войти: Родриго предупредил её, что там бьёт током – порвалась электропроводка. Мерседес махнула рукой – сойдёт и так, и пулей вылетела на улицу.
Собираясь на студенческую вечеринку, Флавия надела самое нарядное платье. Дона Зели сама застегнула на ней своё ожерелье, которое удивительно шло к наряду Флавии. Однако элегантность туалета никак не соответствовала её настроению, оно было совсем не праздничное. Конечно, Флавия могла бы отказаться от вечеринки, она не так уж и рвалась в этот бар. Но её разозлил Родриго. До сих пор она слышит его рассерженный голос: «Ты не должна ходить туда, где не бываю я». Почему? Почему ей нельзя немного развлечься? Почему всегда кто-то решает за неё, даже не спрашивая, что хочет она сама. Сначала отец, теперь Родриго… При жизни отца Флавия, сколько себя помнит, всё время боялась, что её уличат в каком-нибудь проступке. Наверное, она никогда не сможет забыть, как несправедлив к ней был отец, браня и наказывая её за то, чего она вовсе не совершала… Занятая своими невесёлыми мыслями, Флавия не слышала, что ей говорила дона Зели об ожерелье, не заметила, как вошёл Родриго. Его голос вернул Флавию к реальности.
– Не стоило так наряжаться, ведь мы пойдём работать…
Флавия почувствовала и его раздражение, и его уверенность в том, что она, в конце концов, поступит так, как хочет он. Нет, она не позволит ему командовать собой. Стараясь быть как можно спокойнее, сказала:
– Нет, Родриго, я не пойду с тобой. Ты же знаешь, я договорилась со своими сокурсниками…
Но Родриго, казалось, не слышал её:
– Идём скорее, Флавия, мы опаздываем. Ты же знаешь, что мне нужна твоя помощь, чтобы снять этот праздник.
– Возможно, Лоуренсо свободен, попроси его. Я знаю, что тебе нужна эта работа.
Флавия старалась говорить как можно мягче, она не хотела с ним ссориться:
– Родриго, мне нужно пойти на эту встречу. Родриго, подожди! Родриго…
Флавия беспомощно повернулась к доне Зели:
– Ну вот, ушёл.
Дона Зели обняла её:
– Флавия, я не хочу вмешиваться. Трудно давать советы в таких ситуациях. Скажу тебе лишь одно – нужно поступать, как подсказывает тебе сердце. Но при этом надо думать и о последствиях своих поступков.
Флавия расплакалась.
– Но почему Родриго не понимает, что нельзя со мной так обращаться! Я годами терпела такое от отца. Больше не хочу, чтобы со мной так обращались. Я не выношу зависимости. Конечно, я не хочу потерять Родриго… Это слишком, дорогая цена за свободу… после всего, что было между нами.
Флавия поняла, что она совсем запуталась, пытаясь разобраться в своих чувствах. Она ощутила вдруг страх – упустить в своей жизни нечто неведомое и драгоценное.
Вагнер Алкантара после разговора с Аугусто был в бешенстве. Какое высокомерие: «Оставь в покое мою сестру, я запрещаю тебе произносить имя Мерседес!» Он запрещает! Посмотрим ещё, что скажет тебе твой папенька – он ведь поверил, что Мерседес – проститутка. – Вагнер понимал, что любовь к Мерседес – самое уязвимое место у Аугусто. Поэтому он и приехал к этой девчонке. Приехал, чтобы таким образом отомстить этому самоуверенному папенькину сынку. Впрочем, была и ещё одна причина, по которой он оказался у дома Мерседес. Его задевала неподатливость девушки. Он не привык к этому. Ему нравилось подчинять женщин своей воле, ощущать свою власть над ними – это доставляло ему истинное удовольствие.
Со словами – «Вагнер! Какой сюрприз!» – Мерседес впорхнула в машину.
– Почему не предупредил, что приедешь?
Вагнер попытался изобразить на лице что-то вроде смущения:
– Просто соскучился и решил заехать. Ещё хотел извиниться, что тогда в конторе, был, не очень внимателен, но у меня был такой сумасшедший день…
– Ничего. Я даже не заметила, – отмахнулась Мерседес и тут же, к неожиданности для Вагнера, выдала очень ценную для него информацию: – Хочу поблагодарить тебя за серьги. Приходила твоя знакомая, Изабела, кажется, и принесла мне их… Ты представить себе не можешь, как я обрадовалась!
– Значит, Изабела была здесь?
– Да. Она сказала, что кто-то хотел подшутить и подложил серьги ей в сумочку. Всё это очень странно. Я ей не очень-то поверила. Мне кажется, она просто хотела их украсть.
Вагнер ошеломлённо уставился на неё:
– Ты что! Изабела так богата, что может купить целый ювелирный магазин со всем товаром. Что для неё пара серёг?
Мерседес пожала плечами:
– Кто её знает! У богатых свои причуды.
Вагнер решил перевести разговор в более безопасное русло, пока Мерседес не начала расспрашивать его об Изабеле.
– Мы можем завтра встретиться? Ты свободна?
К его удивлению – он не сомневался в её согласии и спросил так, для формы, – Мерседес ответила, что ещё не знает.
