Дело в том, что у Мерседес вышла накладка: когда она передавала ксерокс Вагнеру, неожиданно вернулась домой Изабела. Чтобы объяснить как-то своё присутствие, Мерседес пришлось пригласить Изабелу на семейное торжество.
– Хорошо, – сказала Изабела. – Передай доне Жену мою благодарность, я обязательно приду, если смогу, я постараюсь.
Когда Мерседес ушла, Вагнер сказал:
– Честно говоря, мне бы не хотелось отпускать тебя туда одну.
– Изадора решила идти. Она обожает семейные торжества. – Изабела стала кружиться по комнате. – Тем более что Лилит это не нравится, Лилит не любит выпивать, а Изадора любит. Я просто на части разрываюсь: не знаю, как мне с ними быть.
– Иди ко мне, я тебе объясню. – Вагнер взял её на руки и отнёс в спальню.
Родриго поселился у Флавии, и туда же заявился Дуглас, рука его была на перевязи – он отделался лёгкой огнестрельной раной.
– Тебя, видно, не добили? – спросил Родриго, увидев его. – Ничего, это можно исправить.
– Господи, как же вы мне надоели! Даже в лифте слышно, как вы тут орёте. Не устраивайте в моём доме свалки, иначе я вас выгоню обоих!
На вечеринке по поводу возвращения Аугусто Диего решил объявить, что празднуется годовщина его свадьбы с Жену.
А в это время в пансионе происходили странные события: Маурисио принёс вниз в гостиную коробку и, поставив её на стол, спросил Эмилию:
– Эмилия, вы не знаете, чьё это? Здесь детские вещи, по-моему, их кто-то спрятал в моём шкафу. У вас, наверное, живёт какая-нибудь беременная женщина?
– С чего вы это взяли? – вспыхнула Эмилия.
– Но ведь вы сами не можете иметь детей, правда, ведь?
– Слушайте, вы мне надоели своими прозрениями, наверняка вам сказала это крыса Жену.
– Эмилия, почему ты опять оскорбляешь Жену и что это за одежда? – Урбано стал перебирать детские вещички в коробке.
Эмилия побледнела.
– Я хотела преподнести тебе сюрприз, Урбано, но теперь мне придётся открыть тайну: ты скоро станешь отцом. Врачи ошибались – у меня могут быть дети, я могу стать матерью, Урбано.
Урбано молча смотрел на неё.
– Ты помнишь, ты беспокоилась по поводу того, что я без конца ношу какие-то анализы? – тихо спросил он. – Так вот: я проверялся тогда – у меня не может быть детей. Я бесплоден! Это не мой ребёнок! – закричал он вдруг. – Чей он, Эмилия? Кто его отец? – Урбано схватил Эмилию и начал трясти за плечи. Эмилия молчала.
– Кто отец ребёнка? – Урбано влепил ей оплеуху.
– Диего, – тихо прошептала Эмилия. – Только не убивай меня, Урбано, ради Бога!
– Я не стану тебя убивать, ещё чего не хватало! Но уж если у меня выросли рога, то и тебя я жалеть не стану. Пусть все узнают, кто сделал тебе этого ребёнка – этого несчастного сироту при живом отце!
Урбано выбежал из дома.
– Скорее, иди за ним, а то он сейчас убьёт Диего, – попросила Эмилия Маурисио.
– Что я могу сделать? Мне ничего не приходит на ум, я ещё не сталкивался с такими делами, но всё-таки я попробую.
Конрадо лежал в своей спальне в постели, и в глазах его были такое страдание, такая тоска, что Лаис избегала смотреть в них, прощаясь.
– Ну что ж, желаю тебе счастья с Винисиусом. У тебя ещё есть время, чтобы быть счастливой, постарайся его не терять. Ты и так потеряла слишком много времени со мной. До свидания. И позови Лукресию, я не хочу оставаться один.
Лаис спустилась вниз, где уже стояли чемоданы, и ждал Винисиус.
– Ну-ну, – сказал он, увидев лицо Лаис, залитое слезами. – Не расстраивайся, ты же скоро вернёшься и снова их всех увидишь.
– Винисиус, прости меня, я не могу сейчас ехать. Я уже всё решила, но внезапно мне стало страшно: какая-то тяжесть на душе.
– Я это предчувствовал, – тихо сказал Винисиус, открыл дверь, и они вышли на улицу: Эрме со слишком большим интересом прислушивалась к их разговору, и вообще чернокожая сиделка прижилась в доме Соуто Майя. Теперь она ухаживала за Конрадо.
– Я не хотела этого, Винисиус, – сказала Лаис, когда они остались наедине. – Ты, наверное, думаешь, что я давно так решила.
– Нет, я уверен, что ты решила это только сейчас. Я ведь знаю уже тебя, ты не умеешь лгать.
– Да, к сожалению, не умею. Я вдруг поняла, как мне дорог Конрадо. Возможно, это потому, что с ним случилась беда. Господи, как мне было хорошо с тобой, я была так счастлива, но я не хочу тебя обманывать, ты недостоин этого. Я расстаюсь не только с тобой. Конрадо больше не принадлежит мне, он собирается налаживать свою жизнь с Лукресией.
– Это не так, Лаис. Конрадо будет сражаться за тебя до конца, и он ещё не знает, что выиграл это сражение. Как жаль, что я не встретил тебя раньше него!
– Как хорошо, что я познакомилась с тобой позже, чем с ним. Мне было очень хорошо с тобой, и этого никто, никогда не сможет у меня отнять! Спасибо тебе. – Лаис нежно поцеловала его и ушла в дом.
Урбано выламывал дверь дома Жену.
