Переступая по все еще ледяному песку, Ру с разбега плюхнулся в воду, готовый к тому, что та окутает тело холодом и скукожит все части его молодого и растущего в трусах организма. Но нет — вода, на удивление, оказалась теплой.
Рядом вынырнула Мияко. Точнее, не вся девушка, а лишь ее голова со слегка приоткрытым ротиком. Перед купанием Мияко сняла резинки, удерживавшие хвосты, и теперь мокрые волосы спадали на лицо. Выглядело все это… возбуждающе.
Не в силах сдерживаться, Ру прильнул к губам подруги. На мгновение в голове мелькнула мысль, что, возможно, он все неправильно понял, но, почувствовав язык охотницы за своей щекой, успокоился — он все сделал правильно!
Нащупав ногами дно, Ру запустил руки вниз, к попке, желая с удовольствием понаминать податливые булочки… но задница Майки была плоская и словно одеревенелая! Изумившись такому повороту события, он сделал попытку прошмыгнуть пальцами к самому сокровенному… но был безжалостно остановлен.
— Давай на берег, — оторвавшись от его губ, прошептала Мияко и нырнула под воду.
Раздосадованно шмыгая — у него еще никогда не было секса в воде! — Ру первым вышел на берег и огляделся, ища Мияко похотливым взглядом. Конечно, странная форма ее задницы парня несколько смутила, поскольку в шортиках та смотрелась… не так плоско, но… у всех есть свои недостатки!
Девушка обнаружилась все там же, где парень увидел ее обнаженной в первый раз. Но на этот раз она не стояла к нему спиной, маня неизведанными прелестями, а медленно выходила из воды…
— Что… за… хрень? — не смог он сдержать хрип удивления.
Мияко, как сначала и предполагалось, а затем и «ощупывалось», была полностью раздетой… но «упругая грудь с задорно торчащими сосочками», ровно как и щелочка между ног… оказались закрыты мелкими квадратиками цензуры!
— Что не так? — искренне удивилась девушка и ступила на песок.
— Ты… там… это… — парень растерянно тыкал пальцами в квадратики, — почему… закрыто?
Мияко непонимающе нахмурилась:
— В смысле — почему закрыто? В нашем мире не приветствуются полностью обнаженные тела, ты что, забыл?.. А, ну да, Прибывший… Вот, теперь будешь знать!
— Но… но… но это нечестно!
Охотница пожала плечами:
— Честно, не честно… Что ты заладил? У тебя в трусах, кстати, тоже… не все на месте.
Ру в ужасе сдернул трусы — его причиндалы закрывала все та же мелкая сеточка цензуры.
— А-а-а! Где мой… — он зарыскал по паху в поисках «дружка». — Фух, на месте. Только какой-то он… не такой. Маленький! А-а-а, почему он настолько маленький⁈ Как спичка!
— Успокойся, Ру, — с насмешкой глядя на бьющегося в истерике парня, усмехнулась Мияко. — Как только ты останешься один, без посторонних глаз… то все вернется на место.
— Как так?
— Это сделано специально, чтобы похоть не мешала нам жить.
— Кем⁈ Кем сделано⁈
Мияко пожала плечами:
— Художником, я полагаю.
Художником… От этого слова перед глазами парня появились и тут же исчезли смутные картинки — комната, холст, мутная фигура девушки в свете ламп…
— Кто такой этот… Художник?
— Наш Создатель. — Она обвела вокруг рукой. — Создатель всего этого.
Ру почесал голову:
— И что, цензуру никак нельзя… обойти?
— Можно. Но этот процесс долгий и трудоемкий. Когда-нибудь я тебе обязательно расскажу.
— Трудоемкий… А как же вы тогда… — парень на секунду запнулся, — сексом занимаетесь? Или не занимаетесь? Но ты же зачем-то звала меня в воду? Явно не просто искупаться! А с каким-то намеком!
— Все верно, еще с каким намеком, — улыбнулась она и, опустившись на корточки, потянула его за собой: — Садись.
— Так как вы сексом занимаетесь? — расположившись напротив, повторил он.
— Как все. — Она облизнула губки. — Скажи, ты хочешь меня? Хочешь… трахнуть?
— Ужасно хочу. Но… сама видишь.
— Молчи. — Мияко пальчиком закрыла ему рот. — Сядь как я, на колени. Чтобы ноги были под тобой. Молодец. Теперь закрой глаза и дай мне свои руки.
Он прикрыл веки и протянул ей ладони.
— Чувствуешь, Ру? Нахлынувшее возбуждение?
Но Ру чувствовал только ее холодные, после воды, руки.
А вот на Мияко их ментальная связь, похоже, действовала иначе. Сидя с закрытыми глазами, парень чувствовал, как партнерша начала слегка раскачиваться. А затем и постанывать, все крепче и крепче сжимая его руки.
— М-м… М-м… А-а… А-а… — разносилось над водной гладью. — Да-а… Давай… Глубже…
Не в силах сдержать любопытство, Ру приоткрыл один глаз — девушка, широко раздвинув колени, откинулась назад, держась за руки парня. Запрокинув голову, она судорожно ерзала тазом, словно под ней был мужчина, а изо рта вылетали неконтролируемые стоны.
— Глаза… — не отрываясь от своего занятия, простонала она. — Закрой глаза… Я так не кончу…
Ру закрыл. И в тот же миг стоны подруги стали еще громче, а движения — быстрее и резче.
— Да-а-а-а-а, — прокатилось над лесом.
И все стихло.
— Уже можно? Открывать?
Ответом парню стали слабые похлипывания.
— Майка! Ты чего?
Девушка обессиленно растеклась по песку. Причем во всех смыслах — Ру заметил под ней не скрытую цензурой лужицу, почти впитавшуюся в землю.
— Все… хорошо, — прошептала она и подняла на парня глаза: — Ты все? Кончил?
Это был отличный вопрос.
