— Пойми, тебе сейчас нельзя видеть луну. Её действие усиливается, а ты не можешь это контролировать, — начал увещевать меня он.
— Стой, где стоишь! — выкрикнула, вскинув руку в предупреждающем жесте. — Я не доверяю тебе. Ты не хочешь меня, я тебе не нужна! Решил избавиться, чтобы я не мешала твоим планам?! Не получится!
Во мне буквально вскипало что-то огромное, яркое, неконтролируемое, оно рвалось наружу, стремилось к Рэдору, тянулось к нему, чтобы навредить, обезвредить. Мне не нужен мужчина, чтобы выжить! Он будет только помехой. Он и сейчас мешает, задерживает, обманывает…
— Отпусти, или хуже будет, — прошипела, выставив руки вперёд.
— Прости, Рита, — покачал он головой.
А в следующее мгновение меня скрутили, заломили руки за спину и зажали рот ладонью. Да как он умудрился-то? Только что был на расстоянии нескольких шагов и вдруг рядом оказался. Схватил оба моих запястья за спиной одной рукой, а второй рот зажал. Я дёрнулась, поняла, что бесполезно и сделала вид, что обречённо расслабилась.
Но ведьмы так просто не сдаются, а наивный ректор поверил. И стоило ему только убрать ладонь с моего лица, как я тут же укусила его за предплечье.
— Рита, прекрати, — нахмурился маг, сосредоточенно привязывая мои руки к изголовью кровати.
Очередной рывок и мои зубы впились в его грудь.
— Хватит, — простонал Рэдор. — Я и так едва держусь.
— А не боишься, что я тебя заколдую? — сощурилась я.
— Теперь нет, — усмехнулся он, отступая. — Это не простые верёвки. Верховная Замия презентовала на пару ночей. Они блокируют силу луны, Рита.
Я дёрнулась, запрокинула голову, посмотрела на стягивающую запястья верёвку и усмехнулась.
— Не работают твои верёвки, главнейшество.
— Потерпи немного, — улыбнулся он. — А я пока сходу за ужином.
И эта наглая рожа вышла из спальни, оставив меня привязанной к кровати. Вот же извращенец! Да как он вообще посмел так со мной поступить? Я же… я ничего плохого не сделала. Я только хотела узнать, что он ко мне испытывает…
Возмущение стремительно отступало, а на смену ему приходило осознание, что я вела себя, как какая-то безмозглая стерва. Что же со мной творится? Дурость полная! Все эти мысли о том, что ректор меня не любит и не хочет… Желание наказать его за это. Да я же идиоткой себя перед ним выставила! Стыд-то какой. Как я теперь ему в глаза посмотрю? После всего, что наговорила, и особенно после того, как покусала…
Когда Рэдор вошёл в спальню, я притворилась спящей. Посмотреть ему в глаза смелости не хватило. Так и лежала, зажмурившись и прислушиваясь к шорохам в комнате.
И не удержалась, вздрогнула, когда он коснулся моего плеча.
— Рита, — позвал главнейшество. — Я знаю, что ты не спишь.
Открыла глаза, но взглянуть на него не смогла. Уставилась в сторону, виновато отведя взгляд.
— Посмотри на меня, — попросил он, прикоснувшись к моему подбородку.
Повернула голову, но зажмурилась.
— А я ужин принёс, — уведомил меня ректор.
— Приятного аппетита, — пробурчала, опять отворачиваясь.
— Это твой ужин, — заявил он.
— Издеваешься? — возмутилась я, резко развернувшись. — У меня тут вообще-то проблемы с самоконтролем. Веду себя как последняя истеричка, а мне ещё и ужин в постель…
— Ты в этом не виновата, — невозмутимо пожал плечами Рэдор. — И тебе нужно поесть.
И мне продемонстрировали ложку с какой-то кашей. Он что, с ложечки меня кормить собрался?
— Ну уж нет, такого унижения я не выдержу, — опять демонстративно отвернулась.
— Это не унижение, а забота, — уведомил меня ректор и подсунул ложку ко рту.
— А если укушу? — спросила язвительно.
— Сначала поешь, — рассмеялся он.
Я не хотела, честно не хотела. Но запах еды так манил, и желудок предал меня, заявив о себе громким урчанием.
— Тебе нужно быть сильной, чтобы противостоять дурману луны и руководить ковеном, — напомнил об очевидном Рэдор.
— Ну хорошо, — сдалась я. — Только развяжи меня, я уже контролирую себя.
— Извини, милая, но нет, — покачал он головой.
— Милая… — хмыкнула я и поймала ртом ложку с кашей.
Как же, милая, да только к кровати привязанная и не внушающая доверия. Справедливости ради, я и сама себе сейчас доверия не внушала, так что молча ела и старалась не встречаться взглядом с опекуном. Кормилец, как ни крути. Причём в данный момент в прямом смысле этого слова.
— Всё, наелась, — пробурчала, отвернувшись от очередной ложки. — Пить хочу.
— Вода, энировый сок, вино? — предложил Рэдор на выбор.
— Вино? — удивлённо взглянула на него я.
— А почему бы и нет? Ты же контролируешь себя, думаю, не повредит, — улыбнулся он.
— Адептку спаиваете, господин ректор, — сощурилась я.
— Вода? — изогнул он бровь.
— Я и от вина не откажусь, но только если развяжешь, — улыбнулась несмело. — Правда, всё хорошо уже, влияния луны не чувствую. Вчера тоже только сначала контроль потеряла.
— Ну что ж, давай попробуем, — пристально глядя мне в глаза, потянулся он к верёвке, стягивающей мои запястья.
