– Что ещё у них не так? Кроме генетического обмена, обмена веществ и контролирования собственной и чужой ДНК.
– Зрение, например. Форма их зрачков…
– Ой, джамрану видят сквозь одежду? – в шутку испугалась она.
– Нет, – улыбнулся Владислав. – Разве что, в определенной геномодификации. У них иной угол зрения и соответственно восприятия…
– Я так и предполагала… А как они видят?
– Чтобы наверняка оценить, надо родиться джамрану. А теоретически, они дальше и чётче видят боковым зрением, но довольно сужено и раздробленно на периферии зрительного поля…
– Да-да, – вспомнила Женя. – Однажды я была Талехом…
И поймав недоумённый взгляд Коршунова, пояснила:
– То есть, мне передались молекулы его РНК, а с ними – обрывки воспоминаний. Я как бы очутилась в сознании Талеха и не могла повернуть голову. Но хорошо рассмотрела всё, что находилось по бокам от меня, просто переместив туда взгляд.
– Примерно так, – подтвердил Владислав. – Благодаря форме зрачков и строению глазного анализатора. И ещё многое… Тонкое различение запахов. Чувствительность к ДНК. Они чувствуют её запах, вкус и видят, как бы внутренним генетическим зрением. В той или иной степени, это присуще всем джамрану. И… – он ненадолго умолк и неохотно продолжил. – Самое неприятное – джаммские рефлексы…
Женя выжидающе смотрела на него.
– Я, конечно, не вправе это обсуждать. Твой капитан и сам всё объяснит, если сочтёт нужным… Возможно, ты не знаешь кое-чего о четвёртом этапе…
Коммуникатор запищал, как всегда не вовремя. Миритин вызывал Женьку на мостик. Полчаса истекли. Трансляция началась. Ева чмокнула Влада в щёку.
– Выздоравливай. После поговорим.
И убежала. На самом деле она не знала, стоит ли продолжать этот разговор. Вроде бы всё уже выяснили. Но любопытство так и грызло. Что ещё от неё скрывают? Чем так характерен четвёртый этап? Кроме того, что уже известно ей… Спросить об этом Миритина? С шакреном они спокойно говорили на любые темы.
«А ты уверена, что хочешь об этом знать?» – подтачивал изнутри коварный червячок.
Она отвечала ему:
«Да-да, меньше знаешь – крепче спишь. Волков бояться… Быть в курсе всех тонкостей брачного ритуала – замуж за джамрану не ходить… Хватит болтать сама с собой!»
Женька не заметила, как оказалась на мостике, и бухнулась в кресло рядом с Миритином, глядя на экран.
Похоже, жучки устроили бурную вибрацию. На экранах и мониторах красовался помпезно украшенный лепниной зал с бордовыми портьерами на окнах и канделябрами с искусственными свечами по углам.
Кино, да и только!
Талех и Агрэгот сидели за столом посреди зала. Во главе стола торчал некто плюгавенький в такой же одежде, как Эртэл и другие полукровки, но изысканно расшитой вензелями. Стол был сплошь уставлен закусками, и пока ничего страшного не происходило. Редок пристально изучал гостей, особенно гатрака. Талех улыбался и разливал джамранское вино по бокалам. Агрэгот молчал. Капитан с канцлером обменивались репликами о влиянии солнечного ветра на космическую и планетарную погоду…
Звук передавался идеально, как и изображение.
– Началось, – сообщил Миритин.
– Ага, – ответила Женька, кисло взглянув на сосредоточенного Ромерика. Эмерс с Дагеном за мониторами не следили и тайком резались в линдрийские пазлы.
Скукотища!
В отличие от мостика Рэпсида, в рубке Зверя царило веселье. К моменту трансляции покоев, коридоров, галерей и лабораторий дворца, туда перебралась половина команды с Рэпсида.
Гэбриэл с Хэрхи установили посреди рубки проекционную доску и устроили турнир по Космическому Аркану. Лео одолжил карты. Играющие разбились на пары, чтобы по очереди взрывать звёздолёты друг друга. Победителю предстояло в конце сразится с асаро.
Первую пару составили Борек и Рокен. Своей очереди ждали Ним и Налка, Лауреллия и Фиримин, Хэрхи и Зигмунд. Гэбриэл и Камилла не играли. Они дежурили у экранов. Остальные – Морри, Мэнди, ЗуЗоор, Сандер и прочие джамрану – были зрителями.
Страсти над доской разыгрались нешуточные. Рокен и Борек уничтожали планеты и гасили звёзды. Им советовали, подсказывали и подначивали. Кто-то притащил окезское пу, синтезированное втихаря от капитана. Пу чем-то напоминало крепкое тёмное пиво. В общем, развлекались на всю катушку. А джамранки ухитрялись всякий раз потрогать Лео, невзирая на ревниво-бешенные взгляды Налки…
Камилла грустила, думая о своём, и старалась не смотреть на Гэбриэла. Нет-нет, да и поглядывая время от времени на его профиль. Разбойник задумчиво скользил взглядом по экрану… И пока… Пока там не было ничего интересного: коридоры, переходы, коридоры, коридоры… Вибросигнал проник через стенку одной из комнат…
– Ого…
Гэбриэл подался вперёд и вперился в экран.
– Ну, ничего себе!
На громадном квадратном ложе-стадионе двое самцов-сибилиан и перепончатокрылый хвостатый фруззи сплелись в самых фантастических позах, лихо наяривая грудастую алаксибку.
