Естественно, руннэ опустила кое-какие подробности, вроде отношений со звёздным инспектором[10].
– Самоуничтожился.
– Ну, что у вас женщин за склонность, – усмехнулся Гэбриэл, – к порче имущества. Бесполезно взрывать звездолёты, чтобы замести следы. Уже давно никого этим не обманешь.
Сам бы он поступил более разумно. Срезал бы опознавательные знаки, разобрал на детали и распродал бы по частям разным перекупщикам. Отличная головоломка для ищеек Лиги! А ему хоть какая-то прибыль…
– Взрывать – не рационально.
– Я и не взрывала, – нахмурилась Элья. – Думаешь, нам бы не пригодился корабль? Он – самоуничтожился. Возникли неполадки в двигателе, ещё в перелёте между галактиками. Мы едва дотянули до какой-то населённой планетки на краю Зебры и приземлились на спасательной шлюпке. А корабль взорвался из-за сбоя в программе… Не знаю, чего тигримы с ним перемудрили…
– А собственный корабль? – напомнил Гэбриэл. Он не забыл, что Фелиси подобная эскапада стоила жизни…
– Летучего змея расстреляли инспектора из плазмамётов, – встрял Доминик, – когда его выкинули с мусорными тарами, для отвода глаз.
– Раньше вы болтали другое, – подозрительно заметил разбойник.
– То было раньше, – отрезала Элья.
– Долго вы летели? – поинтересовалась Ним.
– Чуть больше года по планетарному времени, – ответила Элья. – Скука… Если не считать каждодневный ремонт и другие проблемы.
– Ага, – поддакнул Доминик. – Наверное, тигримы украли бракованные чертежи.
– Скорей всего, просто торопились, – вздохнула Элья. – Потому и не успели до конца совместить новые технологии наггеваров со своими инженерными мыслями. Выпустили с недоделками, а в пути бы доделали. Наверняка среди них был инженер. Но я-то не инженер и не учёный, а всего лишь перевозчица с навыками механика.
«То есть, наггевары тоже совсем недавно построили межгалактический корабль, – предположила Женя. – Тот самый, что встретился Рэпсиду на Млечном пути… А где один, там и второй. Талех должен это учесть».
– Да, летели мы долго, – задумчиво повторила Элья, пускаясь в воспоминания. – Непривычно долго. Ведь в пределах галактики можно перемещаться очень быстро. От столицы империи в сердце Тигра до Атмолата в Пасти – всего двенадцать часов.
– Интересно, – у инженера-землянина, Женькиного соотечественника Егора Хрусталёва, аж глаза загорелись. – Двигатели у вас плазменные, энергетические, адронные? Или вы используете парусные ускорители? Прыжки, импульс, поступательное вращение?
Элья недоумённо заморгала. Столько незнакомых слов! И осторожно пояснила:
– Нет… Двигатели как двигатели, на топливных баллонах. Всё дело в стационарниках – стационарных ускорителях. Башни-ускорители почти в каждой системе, на всех обитаемых планетах. Они образуют сверхскоростные коридоры в любом направлении, а штурман или пилот лишь определяет нужные ответвления. Попав в поток ускорителя, корабль движется по своему коридору без риска врезаться…
У Хрусталёва был такой вид, словно он внимал сладкоголосой флейте.
– В другой корабль… Их придумали и построили тигримы, – добавила Элья. – А наггевары захватили технологии и смогли пробраться в самые отдалённые уголки галактики. Тигримов они растоптали первыми… Затем бокров, кватов и руннэ. Теперь в галактике Тигра царит Великая Наггеварская Империя…
Элья снова рассказывала, а все присутствующие в лаборатории, затаив дыхание, слушали «тигрячьи сказки» «тысячи и одной системы». Это Евгения провела такие параллели. Потому, что некоторые истории руннэ напоминали страшненькие восточные сказки, а Наггеварская империя насчитывала тысячу и один округ. Говоря языком конгломерата – галактические сектора.
– Управляют округами нагги-наместники, – объясняла Элья. – Но главное территориальное значение лишь у ста одного, включая центральный. Там расположена императорская столица. Первый округ возглавляет единорожденный императора. Планеты и системы передаются по наследству наггами-галавладельцами, а наместник – назначается императором. Космос за пределами сто первого округа – это колонии. Они контролируются нагг-ни – министрами, от имени императора. Нагг-ни следят за соблюдением законов империи. Тысяча первый округ граничит с Прослойкой – областью между имперскими колониями и смертоносной «шкурой» Тигра. В Прослойке обитают повстанцы и беженцы, но жить вблизи хищной границы опасно.
– Почему? – хором спросили Камилла и Нимрадилль.
– Смертельное излучение, космические бури, и мало пригодных для жизни планет… Имперцев туда не заманишь. Поэтому в Прослойке обосновались повстанцы и тигримские республиканцы – всё, что осталось от Тигримора – бывшего государства тигримов…
Фиримин изобразил обитателей Тигра с помощью голограммы, совместив описания Эльи с фрагментами передач зонда. Женя с восхищением разглядывала тигримов, про себя называя их тиграми, и сочувствовала бедолагам страшно. У неё в голове не укладывалось, что такие великолепные существа страдают под гнётом каких-то змееящериц.
