Громкий сигнал метронома прервал излияния Рокена, и вся команда вытянулась по стройке смирно…
– Дорогу капитану!
– Дорогу капитану!
– Дорогу…
Волной прокатилось по шеренге.
«Какую дорогу? – недоумевала Женя. – Вон сколько места…».
Шагай и шагай свободно по эластичному пружинящему покрытию вместо ковра…
– Дорогу капитану! – сосед справа гаркнул Женьке в самое ухо. Она замешкалась, не зная, как поступить, и получила чувствительный тычок слева.
– Ой!.. Дорогу капитану…
И обернулась к Рокену в полной растерянности. Проказник джамрану стоял не по уставу, выставив ногу в проход, а руки вальяжно заложив в карманы. Всем своим видом он плевал на условности и формальности… Шеренга неодобрительно замерла, все повернули головы к замыкающему…
– Дорогу капитану, – неохотно протянул Рокен, и тут же прошептал Еве на ухо.
– Смотри, что делают другие и повторяй… Если не хочешь в первый же день схлопотать от капитана.
Евгения не хотела. И опасалась джамранских уставных отношений. Потому что немного представляла, в чём их суть.
– Я в ауте, – пробормотала она себе под нос.
– Просто подчиняйся, хотя бы для виду, – шепнул Рокен. – И всё будет хорошо.
Снова зазвучал метроном. Переборки в конце палубы разъехались, и в проходе возник Талех. В капитанском мундире, тоже чёрном с серебром, и высоких лаковых сапогах… Как всегда, бесподобен. Однако смотрел он так сурово и неприступно, что у Женьки не хватило духу им восхищаться…
Командор остановился в конце палубы возле направляющего и приветственно щёлкнул каблуками. Экипаж, за исключением Жени и Рокена, проделал то же самое. У Евы не получилось, а Рокен проигнорировал из принципа.
Талех обозрел присутствующих, слушая ритм метронома, и поднял вверх правую руку с браслетом, выставив ладонь… Воцарилась тишина.
– Рэпсид Двидхад! – непонятно изрёк капитан.
– Это название корабля, – шёпотом пояснил Рокен. – С джамранского дословно не переводится.
– А приблизительно? – тихонечко спросила Женя.
– Космический ветер, пронзающий звёзды… Но это неточно. Сложно передать смысл…
– Отныне мы едины! – продолжал Талех, обращаясь к звездолёту. – В горе и радости. В чести и бесчестии. В силе и слабости. В пути и на отдыхе. В жизни и смерти… Отныне мы вместе! Я – твой капитан не покину тебя и постараюсь избежать твоей гибели ценой собственной жизни…
«Ага, и только смерть разлучит нас».
Что-то Женьке это напомнило.
– Рэпсид Двидхад! Прими мою команду, так же, как принял меня…
– Дар обручения, – прокомментировал Рокен.
Женька усиленно соображала, но поняла лишь одно: что-то ей всё это не нравилось… Талех опустил правую ладонь на левое плечо. Так джамрану отдавали честь… И тогда Евгения увидела на его указательном пальце кольцо, похожее на перстень с печаткой…
Она нахмурилась и подумала вслух:
– Что ты, милый, твердил о кольцах?
– Знак обручения с кораблём, – прошептал в ответ Рокен, расценив это как вопрос.
– А?
– Ну-у… Попросту говоря, Талех теперь женат на звездолёте…
– Чего-о?! Как он может быть женат на корабле, если собирается…
– Это разные плоскости, иногда они пересекаются… Тихо! Присяга…
Талех обратился непосредственно к экипажу:
– Я – капитан этого корабля, спрашиваю вас: принимаете ли вы моё командование!
Все дружно склонили головы в знак согласия, и Евгения тоже, поглядывая исподтишка.
– Готовы доверить мне свои жизни всецело и безвозвратно?
– Готовы! – грянул хор голосов, и все дружно вскинули головы.
– Отныне, я отвечаю за вас на этом звездолёте и за его пределами в течение всего полёта! Готовы ли вы принести клятву?
– Так точно!
Капитан двинулся вдоль шеренги, и все отдавали ему честь со словами:
– Прими мою честь, жизнь и верность! Мой капитан!
Талех на секунду накрывал ладонью плечо каждого и переходил к следующему… Евгении сделалось жутковато, и когда командор оказался перед ней, с трудом выдавила из себя:
– Прими мою честь, жизнь и верность! Мой… э… капитан!
При виде смущённой Женьки в глазах Талеха заплясали чертенята… И он принял её присягу как-то чересчур ласково. Она почувствовала тепло и нежность его прикосновения… Покосилась на перстень, и вся радость мигом улетучилась, сменившись досадным отчуждением… Видимо это отразилось на её лице, потому что командор удивлённо вскинул брови…
– Ага, прими и меня заодно, – очень своевременно влез ухмыляющийся Рокен и тут же вытянулся струной под ледяным взглядом капитана. – Мой повелитель…
– Прими мою честь, жизнь и верность! Мой капитан! – живо отчеканил он, узрев кончик хлыста.
– Так-то лучше, – насмешливо прошептал Талех, сжав ему плечо.
Рокен скривился, а командор сделал торжественное лицо, повернулся к шеренге и отдал честь команде, на пятый удар метронома.
– Отныне вы – Рэпсид Двидхад! Связанные клятвой перед своим капитаном и кораблём… Разойдись! Дежурным занять свои места. Остальные по каютам. Вылет через полчаса…
Неожиданно резкий переход сбил Евгению с толку. Шеренга заволновалась, распалась, «связанные клятвой» похватали сумки, рюкзаки и разбежались выполнять приказ.
