Когда Гарри, покинув подземелья, отправился куда-то на верхние этажи, следящий за ним по карте Том, решил, что другу взбрело в голову очередное идиотское расследование, включающее в себя взлом и проникновение на чью-нибудь частную территорию. Но Гарри миновал шестой этаж и отправился в сторону Астрономической башни. Недоумевая, с чего вдруг Поттеру понадобилось лезть на самую высокую башню школы, Том ускорил шаг, не забывая следить за картой, чтобы не наткнуться случайно на патрулирующих коридоры профессоров или Филча. По счастью, на пути ему никто, кроме Пивза, не повстречался, а полтергейст был так занят, воруя пасхальные украшения со стен, что даже не заметил крадущегося мимо четверокурсника.
Продуваемая всеми ветрами холодная площадка Астрономической башни была любимым местом встреч влюбленных парочек, где они, любуясь ночным небом, легко находили повод прижаться поближе друг к другу. Эта же башня становилась прибежищем скорби разбитых сердец, когда влюбленные парочки распадались. Что тут забыл Гарри, Арчеру было совершенно непонятно. Поттер обычно либо страдал исключительно на публику, и, как правило, за этим всегда крылся некий коварный умысел, а не реальные переживания, либо, если дело было действительно серьезное, замыкался в себе и делал вид, что все отлично. Упиваться своим горем он вполне мог, сидя в тепле и комфорте в слизеринской гостиной. Возможно, сегодняшней ночью его туда привели мысли о походе в Министерство? Гарри не говорил прямо, но Том знал, как тот не хочет влезать во все эти истории с пророчествами. Но неужели Поттер дошел до такого отчаяния, что ему срочно потребовалось слечь с воспалением легких и тем самым избежать грядущего мероприятия?
Вопреки ожиданиям Арчера, тот встретил его вполне жизнерадостной улыбкой.
— Так и думал, что ты пойдешь за мной, — сообщил Гарри, сидя на подоконнике и беспечно болтая ногами над зияющей внизу пропастью.
Том остановился в центре небольшой площадки и вопросительно поднял брови.
— У тебя открылся дар предвидения?
— Я знал, что ты не спишь, — пожал плечами Поттер. — Ты же всегда читаешь до глубокой ночи.
Развивать тему Арчер не стал.
— Что ты тут делаешь? — полюбопытствовал он.
Гарри отвернулся, обратив взгляд на усыпанное звёздами ночное небо.
— Я думал, — неторопливо и как-то подозрительно умиротворено протянул он.
— Поделишься? — Том зябко передернул плечами, с сожалением вспомнив о чудесной теплой мантии в слизеринской спальне. Интересно, можно её сюда призвать? И насколько подозрительно для стороннего наблюдателя будет выглядеть летящая по коридорам Хогвартса бесхозная зимняя мантия? Он со вздохом применил согревающие чары и подошел ближе к Поттеру, привалившись спиной к стене по левую руку от друга.
Гарри какое-то время ничего не говорил, с отрешенным спокойствием разглядывая изломанные контуры холмов и черную гладь озера. Окна располагались с двух сторон башни: одно выходило на крутой скат крыши замка и бескрайние кущи Запретного леса, а из другого открывался вид на холмы, плавно переходившие в горные цепи и скалистый обрыв, на краю которого величественно замер древний замок, отражавшийся в тяжелых водах огромного озера. Ветер нещадно трепал и без того взъерошенную шевелюру Поттера, но тот этого, казалось, даже не замечал, погруженный в собственные мысли.
Наконец, он заговорил.
— Я думал, — снова сказал Гарри, — о том, что понял, в чем моя проблема.
— Карма? — иронично предположил Том, пока не очень понимая, о чем тот толкует.
Гарри бросил на него веселый взгляд.
— Безопасность и отсутствие риска не позволяют включиться инстинктам. Я слишком осторожен.
— Я не уверен, что твоё имя и понятия осторожности и безопасности вообще можно ставить в одно предложение, но продолжай, пожалуйста, — фыркнул Арчер, когда тот снова впал в задумчивое молчание.
— Ты знаешь, что некоторые птицы выталкивают своих птенцов из гнезда, чтобы они научились летать? — Поттер обратил на лучшего друга долгий взгляд, в котором изумрудным огнём горела решимость.
Том перестал улыбаться. Ему очень не понравилось то выражение, что он увидел на лице Гарри. В зеленых глазах царила уверенность, на губах играла легкая усмешка. Он был расслаблен и абсолютно спокоен. Подозрительно спокоен.
— Гарри…
— Нет, ну ты просто подумай, — перебил его Поттер, — как можно узнать полет, не зная падения?
— По-твоему, это достойный аргумент, чтобы сброситься с Астрономической башни? — сухо уточнил Арчер.
— Не сброситься! — жарко заспорил Гарри. — Только падая, можно понять, умеешь ли ты летать.
— Падая на скалы с немыслимой высоты, можно понять только то, что ты идиот, — отрезал Том. — Если у тебя хватит времени. Слезай с окна.
— И не подумаю, — Поттер широко усмехнулся. — Кто не рискует, тот никогда не взлетит.
— Гарри, — Арчер нахмурился, — слезь…
— Вот увидишь, я прав, — улыбнулся Поттер и, подавшись вперёд, исчез в черном провале окна.
