– Настя, у тебя ещё что-то случилось?– неожиданно спросила Катерина. И от её вопроса у меня словно лезвием по груди провели.
Я поёжилась и снова скрестила руки, словно запечатывая раскрывающуюся рану, чтобы оттуда не вырвалось то, что так отчаянно не хотела видеть сама, осознавать, называть…
– Заканчивай себя есть, Настя,– сочувственно вздохнула Катерина и присела на подлокотник моего кресла.– Признай уже очевидное и освободись от этой ноши. Ты не сможешь качественно работать…
«Я всё смогу! И нечего меня жалеть!»– возмущённо поднялась, одёрнула рубашку и взяла сумку.
– Время вышло. Спасибо за работу, коллега!
– Настя, вот что я скажу тебе напоследок,– следом поднялась Катерина и взяла за локоть.– Можешь обвинять меня в непрофессионализме, но не могу равнодушно смотреть на то, что ты делаешь со своей жизнью. Ты бежишь от себя, от отношений, как от огня. Ты боишься любви, потому что считаешь, что тебе снова будет больно. Но это всего лишь навязчивая фантазия в твоей голове. Ты не пробуешь, не развиваешься, ты застряла и борешься с ветряными мельницами…
– Боль можно пережить!– вырвала руку я, отстранилась и глубоко вдохнула.– Это всего лишь физика. А вот зависимость разочаровывает в себе, растаптывает, делает слабой… Я презираю это. Ты позволяешь унижать себя, терпишь ради этого «высокого чувства» всё, а потом расплачиваешься за свою наивность. Это моя жизнь, Катя, и дальше я хочу сама выбирать, за что платить. Спасибо, что попыталась снова раскопать мою травму…
– Настя, я снова настаиваю на том, чтобы ты прошла длительную терапию!– услышала настойчивый голос Катерины, когда выходила в дверь.
«Что вам от меня надо?! Справлюсь я со всем сама! Всю жизнь справляюсь! Бог ты мой, и вся проблема-то в том, что мне просто надо перестать встречаться с раздражителем. Это что – проблема? Да проще пареной репы! Последняя встреча, и досвидос, как говорит мой ребёнок!»
Но, конечно, я не жалела себя. Упиралась всеми конечностями, как умела, знала, что это вознаградится душевным спокойствием. Не сразу. Через время. Но всё вернётся на круги своя – так задумано Вселенной. Нужно только не перехватывать руль, а оставить управление ей.
Выйдя от Катерины, я позвонила Гоноровой и попросила дать мне отпуск хотя бы до конца недели, придумав, что срочно нужна родителям. Я бы и впрямь взяла Илону и уехала бы к родным. Но Гонорова встала в позу. Даже обещание, что отработаю во внеурочное время, её не убедило. А больничные сотрудникам оформлялись крайне редко и их обоснованность тщательно проверялась. Никого не хотелось подставлять, тем более недавно проходила медосмотр, и все анализы в полнейшем порядке.
– Ну что, позлилась, профессионал?– уже дома задала вопрос я своему отражению в зеркале.– Ты прекрасно знаешь, что тебя вывело из себя: ты приревновала этого франта, потому что он не достался тебе. Но он тебе не нужен! А какой смысл ревновать того, кто тебе не нужен? Глупо? Вот именно! Точка! И работа здесь ни при чём. Завтра пойдёшь и докажешь это!
И правда, в голове стало спокойно. А после прогулки с Илоной и Татьяной я окончательно убедилась, что моя реакция – всего лишь закономерное проявление усталости и нетерпеливого ожидания, когда закончится последний раунд.
Ещё с понедельника в ожидании звонка от Заварского я придумывала, что сделать такого, чтобы у него отпало всякое желание досаждать мне. Но Мирон не звонил. И я уж было допустила мысль, что ему действительно надоело и он бросил играть без уведомления. Однако не верилось, и периодически накатывало какое-то нудное опустошающее чувство. Вдруг это всё и я больше не увижу его. Какой-то негештальт! Хотелось бы поставить точку. И тут же включался мой личный счётчик, настроение выравнивалось. Правда, ненадолго…
А в пятницу, всё ещё не получив приглашения на третий раунд, я неожиданно решила кардинально поправить положение отработанным и довольно эффективным способом, чтобы освободиться от балласта и занять себя новым временным развлечением.
В обеденный перерыв я сидела в кафе на параллельной клинике улице, в которое приходила, когда не брала обед из дома, а сырники с кофе стоили здесь почти так же, как и приготовить самой. Наслаждаясь нежным запечённым творогом, краем глаза заметила, как на меня смотрит мужчина, сидящий в паре столиков напротив. Не в первый раз видела его, но никогда не реагировала на внимательный взгляд.
«Нельзя терять форму,– с необычайной лёгкостью подумала я, глядя в окно.– Денис куда-то пропал. Писать ему не собираюсь: пройденный этап. А новый франт – повод не замкнуться. Иначе совсем расслаблюсь и запрусь в четырёх стенах, перестану себя выгуливать, загоню в беспросветную скуку, стану отшельником… Нельзя! Тонус – моё всё. Хотя бы физический…»
