– Ты, безусловно, права. И ну их к чёрту – этих мужчин! Давай выпьем и облопаемся «Наполеоном»?!– поморщила нос Таня и смела крошки со стола на пол.
До вечера я практически вывела из Шелестовой токсичные мысли о собственной ничтожности и разочаровании в мужчинах. Алкоголь открывает разум и развязывает язык. А что ещё нужно хорошим подругам, тем более психологам, чтобы как следует покопаться в мозгах?
Домой я возвращалась на такси, заказанном Таней. Она и слушать не хотела, чтобы отпустить меня на общественном транспорте. Заботливая моя девочка!
А дома, устроившись в родном кресле у телевизора, я поболтала по телефону с дочерью, которая вернулась из Батайска и теперь гуляла с Семёном по вечернему городу, а после под выветривавшийся алкоголь снова вспомнила о мужчине, сделавшем нелепое, но чертовски искушающее предложение. И принялась копаться в своих мозгах.
С одной стороны, было жутко любопытно: что же он такое выдумает на этих трёх встречах… без секса, на минуточку. Хотя я использовала бы целых три шанса забраться под его футболку.
– Ведь обалденный мужчина, зачем скрывать обоюдное притяжение?!– подумала вслух, разговаривая сама с собой и представляя его поцелуи и объятия. Сейчас они были бы ещё более чувственными.
С другой – вспоминая поведение Мирона на приёме, понимала, что, скорее, тот хочет вскружить голову, тонко отомстив и дав понять, что я потеряла, поступив так с ним. Сильные уязвлённые мужчины умеют взять реванш…
И снова вспоминала нашу ночь и утро в автобусе. Такие события запоминаются навсегда. Оно было настоящим, не привязанным ни к каким условностям: обнажённый инстинкт и искреннее обоюдное удовольствие.
Где-то снова зашевелилась тоска. Но я непримиримо тряхнула головой и признала:
– Да! Он будет мстить!
И где-то внутри тихо тикали часики, подспудно отсчитывая минуты до новой встречи с Мироном. Какой она будет, не представляла, но поняла, что и не хочу этого знать, чтобы дать себе шанс удивиться и развлечься. Только мстительным удовольствием я могла испепелить предательскую слабость к этому мужчине.
Не хотелось моделировать его поведение, и своё, поэтому для получения задуманного результата нужно было правильно расслабиться.
– Он думает, я буду ведьмой?– взлохматив волосы у зеркала, прищурилась я.– А я не стану вредничать. Буду расчудесной Верочкой и немного собой. Качественные пакости делаются исподтишка…
Но, нет – никаких унижений я не планировала. Это низко даже для меня. Ведь Мирон принёс столько удовольствия. Сделал целых два моих дня вкусными, когда и придумать не могла, чем себя бесплатно порадовать. Тем более такой мужчина, ни разу не позволивший себе нагрубить даме, даже в желании отомстить был крайне деликатен.
«Хм, посмотрим, кто кого. Для него это игра, и для меня – забава. А чем ещё себя потрясти?»– уверенно улыбалась себе, укладываясь спать.
Любопытство раздирало и подогревало интерес к будущим событиям. Настроение взбодрилось, голова как-то сама собой освободилась от навязчивых мыслей, и я уже не смотрела на ситуацию с гнетущим недоумением.
Пару дней я поглядывала на телефон и периодически допускала сомнения в своих выводах о задумке Мирона. Ни звонка. Ни сообщения. Было ощущение, что он просто подшутил надо мной. Но, скорее, тот вёл игру как настоящий профи: цель – расчёт – действие – результат. Тоже не лыком шит.
В пятницу, закончив рабочий день, я вышла обычной дорогой к трамвайной остановке. Но, заметив хвост уходящего трамвая, решила пройтись до следующей. Вечерний воздух был необыкновенно свеж – как раз впору, чтобы остудить голову после последнего сеанса терапии.
На пути мимо большого торгового центра в витринах засверкали вывески Salecontentnotes0.html#note_8. Пластиковые модели в розовых париках рекламировали шикарные вечерние платья со скидкой в тридцать процентов. Я остановилась полюбоваться ярким шёлком и долго не могла отвести глаз.
«Это платье отлично смотрелось бы на мне, подчёркивало бы высокую грудь,– тоскливо усмехнулась я. До сих пор ни один мужчина не догадывался, что у меня есть ребёнок: после родов восстановилась практически сразу, грудью не кормила – молока не было. Перевела взгляд на другой наряд и сжала губы, мысленно деля зарплату на необходимые расходы в этом месяце.– Обещала себе сумку, туфли и платье. Но хватит пока только на туфли… Потерплю ещё…»
Я давно не замужем, но, что тогда, что сейчас, не имею свободных денег. Кажется, ещё и не начинала жить для себя. Мы делаем выбор и платим за него. Но платить деньгами куда лучше, чем жертвовать телом и душой. Дай бог, кредит за обучение Илоны будет последним: её образование было главным – это самое малое, чем могла помочь дочери. А мне самой много не нужно. На жизнь хватает.
