В схватке за власть, развернувшейся весной-летом 1948 г., все ее участники искали поддержки Москвы. 12 июня Гомулка уведомил Сталина, что «в руководстве ППР вскрылись серьезные разногласия идеологического порядка». Он просил разрешения приехать «за советом», если эти разногласия не удастся разрешить «своими силами». 14 июня Лебедев препроводил Молотову информацию Берута о состоявшихся 8 июня пленуме и заседании Политбюро ЦК ППР, где Гомулка упорствовал в защите позиций ППС, но «все члены Политбюро [были] не согласны с утверждениями Гомулки». Зная об авторитете и популярности Гомулки в партии, Берут опасался недовольства в партийных «низах» и поставил вопрос о своей поездке в Москву. 27 июня состоялась беседа Берута, Минца и Замбровского с Молотовым, посетившим Варшаву по другим делам. Из доступных данных следует, что гость советовал полякам отказаться от Гомулки. Вскоре, 6–7 июля, состоялся еще один пленум ЦК ППР, но без участия главы партии, отправленного в отпуск. Заседания вел Берут. 14 июля с ним, а не с Гомулкой, по межпартийным делам контактировал Сталин[888]. Это был сигнал к переменам.
Развитие событий ускорилось в августе 1948 г. 13 августа Политбюро ЦК ППР направило делегацию (Берут, Берман, Спыхальский) к Гомулке с предложением обратиться к Сталину с просьбой разрешить спор в руководстве партии. Гомулка согласился. 14 августа он принял участие в заседании Политбюро, но принудить его к полному признанию обвинений не удалось. 15 августа Берут вылетел в Москву и в ночь на 16 августа имел продолжительную беседу со Сталиным и Молотовым. Он сформулировал основные претензии к Гомулке: примиренчество в отношении КПЮ; фальшивое понимание традиций рабочего движения по вопросу независимости; «серьезный правонационалистический уклон, который проявился еще весной 1944 г.»{318}. Согласие Сталина на отставку Гомулки и передачу поста генерального секретаря Беруту было получено. Но решение на этот счет, как считали в Москве, должна была принять ППР. Гомулка, уведомленный о позиции Сталина, на заседании Политбюро 19 августа согласился на отставку и признание некоторых ошибок, чего ранее от него добиться Беруту не удавалось. 25 августа 1948 г., за несколько дней до официальной смены руководителя партии, из Москвы поступило одобрение «резолюции Политбюро ППР о Веславе» и просьба «дополнительно» сказать, «что линия недоверия к СССР, проводимая тов. Веславом, наносит серьезный ущерб интересам Польши, ослабляя ее политические позиции»[889].
Пожелание было учтено. Отстранение Гомулки от власти состоялось на пленуме ЦК ППР, заседавшем 31 августа – 3 сентября 1948 г. Принятые решения повторяли, порой буквально, справку от 5 апреля 1948 г. Все то, что Гомулке инкриминировалось, особенно споры о сущности народной демократии, лишь прикрывало политический смысл событий в Варшаве. Для Москвы речь шла о подавлении любых проявлений инакомыслия в ППР, многие члены которой ориентировались не только на интернациональные интересы, но и на национальные ценности и традиции. Обвинения Гомулки в «польском марксизме», национализме и симпатиях к якобы мятежной Югославии, последовавшее наказание служили методом «воспитания» кадров ППР. Произошло принципиальное изменение расстановки сил и лидерства в партийных «верхах» в пользу тех, кто был готов, поступаясь национальными интересами, беспрекословно исполнять волю Москвы. Для недавних товарищей Гомулки по руководству партией его отстранение было их персональной победой{319}. Б. Берут стал генеральным секретарем, в Политбюро вошел Ф. Юзьвяк, в секретариат – Э. Охаб, В. Двораковский и А. Альстер. Был выведен из состава ЦК В. Беньковский, понижены до кандидатов в члены ЦК ППР близкие к Гомулке 3. Клишко, И. Лога-Совиньский, А. Ковальский, М. Барыля и Г. Корчиньский. Новый политический курс партии был принят к исполнению.
Лишение Гомулки высшего поста в партии пока не означало полного устранения его из политической жизни страны. Он оставался членом Политбюро ЦК ППР, в заседаниях которого, правда, больше не участвовал. Давление с требованием полного «разоружения перед партией» продолжалось до объединительного съезда ППР и ППС в декабре 1948 г., где Гомулка был избран в ЦК Объединенной рабочей партии.
