— В течении многих лет, я был как заключённый. Везде я видел лишь упадок, с уст моих знакомых раз за разом срывалась крамола. Моё сердце погрузилось в печаль, ведь я знал, что трудное время коснулось не только меня, но и всех вокруг. Из-за кого? Из-за кого пришли трудные времена на богатейшие земли жёлтой реки? Из-за кого Великий Дракон находится в печали, смотря на своих детей, погрязших в смуте? Из-за кого учения наших предков начали забывать? Мы знаем нашего врага. Он коварен, он хитёр, он невидим до своего подлого удара. — Фей умолк, обводя взглядом комиссию, которая начала обмениваться короткими, едва слышными фразами. На выдохе, уже медленнее, продолжил. — Каждый из сынов Великого Дракона стал невинной жертвой жадности, ненависти и лжи. И мы все так страдаем, но Хань, больше всех нас. — Пауза. — Поворотным часом моей жизни стал момент, когда с моих глаз сорвали повязки. Система, которая разрушила мой простой, понятный и очерченный стенами мир взамен дала силу и шанс. Шанс, помочь другим сбросить повязки, стать ступенькой для возвращения Хань на великий путь «Неба и Земли». Я жажду служить! Нет того, что меня остановит на пути исполнения долга. — Фей чуть склонил голову. Никто не пожелал его прервать. — Я знаю… слова вскоре будут забыты…но поступки, живут тысячи и тысячи лет!
— И как вы можете помочь вернутся империи на путь «Неба и Земли»? — Спросил лысый старик с седой бородкой в красном одеянии, более всех остальных расшитым золотом.
Кто-то из представителей императора заинтересовался, подумал Фей. Вновь наклонив голову чтобы сокрыть улыбку.
— Или Хань освободится от чужаков, или в ней не будет хань-цев. — Крамола, чистой воды вызвала не одобрительные и даже гневные шепотки. — Как бы прискорбно это не было, щупальца чужаков слишком сильно оплели нас. Здесь, в этом мире… Однако у нас, у империи, появился иной путь. Мир готовый упасть, как спелый вызревший плод, к ногам Великого Дракона. Доблестным хань-цам по ту сторону нужен лидер. Человек с виденьем, мужеством, готовый без колебаний выполнить любой приказ. И могущий превратить кости каждого, кто встанет на пути возвышения Хань, в прах! И он… — Фей сглотнул, на его лбу выступили крупные капли пота. — И он живет, живёт сегодня! И приведёт Хань к победе! И этот человек — я! — Фей сделал глубокий поклон, замерев в таком положении.
— Громкие слова. — Вновь заговорил военный. — Однако, место неудаче есть всегда…
— Если я должен провалится, я встану, но я не провалюсь. В этой битве есть всего два исхода: либо враги пройдут по нашим трупам, либо мы по их.
— У кого-нибудь будут вопросы? — Полноватый председатель протёр пенсне давая время всем подумать.
— У меня нет вопросов, однако хочу напомнить сколь важное задание будет возложено на него. В случае неудачи последствия ждут именно нас, как людей допустивших недостаточно компетентного человека. — Высказался более молодой представитель двора.
— В случаи провала, неудача коснётся всей империи и уже не будет иметь значения, кто в этом виноват. — Вернув пенсне на место ответил председатель. — Мы возлагаем на вас большие надежды Ли Гаожин. Надеюсь, вы не подведёте страну. О вашей задаче в качестве главы Хань на той стороне вам сообщит позже наш человек. Сейчас обсудим ваши обязанности и проведём церемониал принесения клятвы.
Едва Фей покинул дом народного совета, он без сил упал в парокар. Раньше о таком он мог только мечтать, а теперь у него даже собственный водитель есть. Правда сейчас ни удобное кожаное сидение, ни учтивое молчание водителя, ни тихий звериный рокот мотора, его не радуют. Кто бы мог подумать, что общение может так выматывать.
В окно постучался секретарь с надетыми белыми перчатками. Стоило Фей открыть дверь, как тот согнулся в поклоне, протягивая на вытянутых руках аккуратно сложенную записку.
— От кого? — Принимая послание, поинтересовался Фей.
— От одного из членов комиссии. Не ведаю от кого именно.
— Свободен. — Фей махнул рукой закрыв дверь.
«Сегодня в шесть, шёлковый павильон, озеро Лао Дао».
«Слава небу»-подумал Фей, откидываясь на сиденье. Боги наконец-то благоволят ему. Из нагрудного кармана выскользнули золотые часы, невольно заставив Фей Тина в очередной раз ими залюбоваться. Минутная стрелка неспешно пробежала четверть двенадцатого.
«Успею»-подумал Фей довольно прикрыв глаза.
— На пик Виктория, и поторопись.
— Да, господин.
Парокар с тихим вибрирующим гудением тронулся, описывая круг по брусчатке вокруг фонтана из белого и чёрного мрамора в виде тел двух взмывающих вверх драконов. Под распыляющимися каплями воды народный дворец ещё прекраснее. Уходящее небо здание из красного дерева от основания до пагод, покрытых синей черепицей, украшает изысканная резьба. Под позолоченными сводами в прохладных тенях укрылись статуи героев народа Хань. Крутые каменные лестницы от входа расходятся лепестками, чтобы внизу превратится во множество дорожек, ведущих в остальной комплекс монументального сооружения.
