Он достал из кармана диплом. Тот был скромный, словно книжечка паспорта, в серо-синей обложке, как у любого, чьи успехи не поражают воображение. Но Джай вроде как гордился. Джай вроде как заслужил. И, кстати, теперь он официально имел право покинуть город навсегда. Правда, регистрироваться по месту пребывания все равно придётся.
***
Джай проснулся оттого, что кто-то плакал. Тихо, надсадно, печально и душераздирающе. Джай сел на кровати и теперь уже привычно щёлкнул пальцами, зажигая ночник.
Плакала девушка.
Ну или фея - некто вроде. Девушка была мелкая, полупрозрачная и сидела на краю стола. Крылышек у девушки не было, так что, наверно, не фея.
- Ты...
И тогда Джай вспомнил. Разом и целиком, удивляясь, как мог забыть про флакончик с янтарной жидкостью. Флакончик ведь все эти месяцы лежал в столе.
Крошечная девушка сидела на этом же столе, а сквозь нее просвечивала ночь.
- Ты... - снова начал Джай.
Девушка встрепенулась и попыталась утереть слезы крошечными ручками.
- Прошу прощения, хозяин, - сказала она. - Такое больше не повторится.
Джай протер глаза.
- Ты мне снишься. Ты... Ты кто?
- Я ваша батарейка, хозяин, - ответила девушка. - Рада служить.
Никакой радости в голосе девушки не было.
Джай подумал, что, конечно, сошёл с ума, что во флакончике был какой-то яд, а старушка не так безобидна, как все думали. И что, может, ничего и не было - ни флакона, ни диплома, ни всех этих недель, а у Джая - тяжелое отравление, галлюцинации. Он, может, сейчас как раз умирает.
- Ты мне снишься. И я никакой тебе не хозяин.
Девушка вздохнула.
- Совсем вас ничему в школах не учат, да?
- Я умею зажигать свет по щелчку, - ответил Джай. - И подогревать воду.
Девушка ещё раз вздохнула, но хоть плакать перестала окончательно.
- Ну, тогда слушайте. Хозяин.
Джай всё-таки был уверен, что спит, поэтому и принялся слушать. Не смотря на то, что слово "хозяин" девушка произнесла неприятным голосом.
... Жил-был учёный, Франческо Сицци. Он, как и все ученые такого типа (ну, безумные), хотел бессмертия и всевластия. Ну или хотя бы чего-то одного. Он жил в девятнадцатом веке, поэтому мог ещё проводить рискованные, опасные, злые эксперименты, не привлекая к себе никакого особого внимания. Даже эксперименты над живыми людьми (в девятнадцатом веке не за всеми живыми людьми признавалось право быть ещё и чувствующими людьми, а не просто лабораторными образцами для экспериментов).
Так вот, он придумал интересную штуку: а ведь можно взять и сделать из человека с мощной магической искрой "зарядный элемент" для другого магика. Нужно только придумать, как продлить "элементу" жизнь, чтобы тот не выдохся раньше времени. Франческо экспериментировал долго и - большей частью - безуспешно. Сколько жизней он загубил, никто не знает, да и, кажется, не пробовал узнать...
- Как тебя зовут? - перебил Джай.
- Предыдущий хозяин звал Лизеттой. Ему почему-то нравилось это имя.
- А родители?
- Клара я.
... Клара родилась уже в конце века, а юность её пришлась на самое интересное - электрический свет обещали теперь в каждый дом, музыку можно было слушать, не выезжая в оперу, а по улицам крупных городов побежали безлошадные экипажи, пока ещё одышливые и довольно часто ломающиеся. Но всем своим видом они всё равно утверждали - вот оно, будущее из книжек Жюля Верна! Пусть не прямо сейчас, но уже совсем скоро!
Клара хотела брать курсы в университете, ещё не решила, какие именно, но смутно даже мечтала, что - хирургические. Потому что женщина и хирургия прежде считались несовместимыми. Ну как же: грязь, и кровь, и женские нежные ручки. И она бы, конечно, не стала потом работать хирургом, кто бы её взял в больницу? Но рассказывала бы всем, как бывала в анатомическом театре, как ассистировала в учебной операционной - и все дружно ахали бы.
Перед Кларой расстилался целый огромный мир волшебного и фантастического будущего.
А потом...
Она и сама не поняла, как оказалась не там, а уже здесь, за тонкой стенкой хрусталя. Очень плакала, потому что жить без тела оказалось страшно. Ещё страшнее было перестать быть собой. Совсем. Отдаваться целиком другому человеку, злому и безумному. Умолять о свободе и узнать, что никакой свободы уже не будет.
За двадцатый век у Клары сменилось четыре хозяина. Два из них были даже хуже того, первого. Последний был неплох. Но он по-прежнему был хозяином.
В двадцать первом веке появился интернет, к которому Клара научилась как-то - не очень понимая, как - подключаться напрямую через модем хозяина. И в нём, интернете, даже довольно свободно жить.
Но... у нее по-прежнему не было тела. И иногда она совсем отчаивалась. И тогда - плакала. Прежний хозяин этого не любил.
***
- Я отдам диплом! Я знал, знал... - лихорадочно воскликнул Джай, подскакивая с кровати. - Это не моё. Надену браслет. А тебя мы должны отпустить. Освободить. Твоё тело... Оно же... оно же где-то есть?
