Проснулся, когда самолет совершал посадку в Париже. Было около пяти часов вечера. Я посмотрел в
иллюминатор и невольно залюбовался Эйфелевой башней, такой хрупкой и изящной в лучах весеннего
солнца.
Аэропорт Шарль де Голль перетасовывал гостей города, словно колоду карт. До моего рейса
оставалось два с половиной часа. Я решил расположиться в зале ожидания бизнес-класса и заглянуть в
ноутбук. Минуя очередной терминал, обратил внимание на полного мужчину с красным лицом и мокрыми
кругами на рубашке в области подмышек. Его лицо показалось мне знакомым. Он тащил две сумки. Одна
большая черная, а вторая явно принадлежала женщине – желтая с элегантной ручкой. «Это же Марк,
оператор! – осенило меня. – Именно он снимал то интервью для фильма, с которого началась моя первая
победа над амнезией».
Марк приблизился к двум крайним свободным местам и с облегчением плюхнулся в одно из них. Он
расстегнул боковой карман на сумке, извлек из него журнал и, благожелательно посапывая, начал им
обмахиваться, как барышня веером. Мне стало любопытно, кто та дама, чью ношу и место он оберегает.
Хотя кого я пытаюсь обмануть? Волнение, а не любопытство заполнило душу. Практически напротив него
были свободные места. Занял одно из них и стал ждать.
Что ж, судьба, плетя свой замысловатый узор, проявляла настойчивость. Минут через пять показалась
Кэрол. Увидев ее, я ощутил глупое, ничем не объяснимое счастье! Она была в узких потертых джинсах,
черной майке и желтых высоких кедах, зашнурованных почти до колена и поэтому больше напоминающих
сапоги. Волосы собраны в хвост на затылке, косметика отсутствует. На плече текстильная желтая сумочка на
длинном широком ремне, судя по схожести из той же коллекции, что и та, которую нес Марк. Вид не
выспавшийся, помятый, но всё равно она была чудо как хороша! Порода и грация не нуждались в
украшении!
Она села рядом с Марком, извлекла из сумки почти пустую бутылку с водой и, запрокинув голову,
лениво допила остатки. Я украдкой залюбовался притягательной линией ее шеи. Мои губы с удовольствием
занялись бы ее изучением. Закручивая крышку, девушка окинула скучающим взглядом зал, на несколько
секунд он задержался на мне. В нем проявилась заинтересованность. Смею предположить, что я оказался в
ее вкусе.
Я достал ноутбук и, раскрыв его, разместил на коленях.
Девушка увлеченно набирала текст в телефоне. Потом резко подняла глаза – и мы встретились
взглядами. Я отвернулся. Она продолжала смотреть. Пульс мой участился. Я с деланым интересом
рассматривал ларек с печатными изданиями. Кэрол же беззастенчиво изучала мой внешний вид. Боковым
зрением я видел, что она смотрит на мои кроссовки, в чистоте которых был абсолютно уверен. За обувью я
всегда тщательно следил. Это, можно сказать, был мой пунктик.
Ее телефон пропищал, возвещая о доставленном сообщении, она вновь погрузилась в набор текста. А
у меня появилась возможность смотреть на нее не таясь.
Она была без бюстгальтера: соски робко проступали сквозь трикотаж майки. Из украшений заметил
лишь по брильянтику в ушах. Они, словно капельки воды в лучах солнца, иногда дарили вспышку скромного
сияния. Кольца на тонких длинных пальчиках отсутствовали. Почему-то этот факт меня особенно обрадовал,
я даже улыбнулся.
Кэрол закончила писать и резко подняла глаза на меня. Я поспешно уставился в экран ноутбука. Пару
минут занимался почтой. Затем осторожно перевел взгляд на девушку. Она, сдерживая улыбку, не отводя
взгляда, лукаво смотрела на меня. Я стушевался и вновь уставился в ноутбук, но губы сами растянулись в
идиотской улыбке. Я совсем забыл, как принято знакомиться с девушками. Кэрол мне очень нравилась, и это
всё усложняло.
Пространство между нами висело облаком флирта, заряженного флюидами взаимного притяжения.
Между нами словно разлили горючую смесь. Одна искра – и мы оба вспыхнем. Марк сидел в кресле,
100
раздвинув широко колени, положив на них сжатые кулаки, и неодобрительно косился в мою сторону. До
посадки на самолет оставалось минут десять или пятнадцать. Глупо улыбаться друг другу становилось уже
не разумно. Девушка явно ждала от меня первого шага. Что, вот так просто подойти и банально сказать:
«Девушка, можно с вами познакомиться?» Ну уж нет! Здесь нужен оригинальный способ: она начитанная,
тонкая натура. Кэрол смотрела вдаль, на ее губах замерла улыбка Джоконды. Она вертела в руках телефон.
Эта чертовка прекрасно понимала, что я любуюсь ею. Я же, как новичок, подбирался осторожно, не
позволяя себе фривольностей, – украдкой тянулся к ней взглядом.
И тут меня осенило!
Я отложил на соседнее сиденье ноутбук и принялся демонстративно ощупывать карманы брюк, затем
куртки, после приступил к осмотру сумки. Вид при этом принял максимально встревоженный. Наконец,
прекратив поиски, с выражением безысходности на лице уставился на красное ковровое покрытие под
ногами. Пару минут собирался с духом, затем встал и решительно обратился к Кэрол:
– Извините, вы бы не могли мне помочь? Никак не могу найти телефон. Наберите, пожалуйста, мой
номер, чтобы я услышал сигнал звонка.
