Ему снова снились скачки. Только на этот раз он был зрителем.
Вокруг шумела толпа. По разноцветным одеждам с вышитыми узорами, браслетам и кольцам, сверкающим на пухлых руках их обладателей, можно было догадаться, что он у самой вершины Великого Кургана.
Пока он смотрел, как всадники завершают очередной круг, к нему подошла молодая рабыня. Бронзовая кожа ее блестела от масел, медовые глаза глядели игриво и призывно. Венок из полевых цветов, украшавший ее шею, смотрелся на ней лучше, чем украшения на богатых женщинах, пришедших на скачки. Она поклонилась, но глаза ее продолжали рассматривать парня.
– Великий Вождь хочет увидеть чужестранца, который не испугался Дочери солнца и на своем скакуне искупался в ее лучах.
Парень посмотрел на свои руки и вспомнил, как сжимал горящую гриву. Но не обнаружил на своих ладонях ожогов.
Он посмотрел на девушку и подумал: «Такая могла бы, и сама сделать себе рабов, сколько захочет».
Девушка приятно улыбнулась и легонько коснулась его груди пальцами, затем лицо ее сделалось печальным:
– Жаль, что твой конь пал.
Она смело обхватила его запястье и повела за собой. Ее ладонь оставалась прохладной. Он смотрел на ее собранные в косу волосы, ниспадающие до пояса, на плавные движения бедер. Колокольчики на ее легких одеждах позвякивали в такт ходьбе. Он ощущал едва уловимый запах ароматных масел, которыми была умащена ее кожа.
Они обогнули холм и двинулись в тень, под каменный козырек, где находился вход внутрь кургана.
В полутемном коридоре их шаги звучали гулко, покатый пол плавно спускался вниз, и парню стало не по себе. Он остановился.
– Разве тут, в кургане, не одни мертвецы?
Она снова улыбнулась:
– Мертвецы глубоко под землей – великие воины и правители, которые никогда не исчезнут из памяти людей. Они спят в богатых чертогах, осыпанные сокровищами. А над ними властвует Великий Вождь. Он живее живых, потому что пьет из кубка зелье Жизни.
Сказав это, она почему-то перестала улыбаться. Парень кивнул. Где-то он все это уже слышал или читал. В данный момент вождь его не интересовал. Ему хотелось, чтобы сон не кончался, а девушка все время вела его за руку. Даже если впереди ждет армия мертвецов.
– Темно, – сказала она и, подойдя к нише в скале, из которой на стену падал красноватый отблеск, взяла толстую палку, стоявшую у стены, и поворошила угли. Когда она раздувала огонь, Дэн залюбовался ее лицом и губами. Наконец тряпки на палке вспыхнули, и в руке рабыни зажегся факел. Отблески огня весело заиграли на стенах коридора, черная струйка дыма потянулась к выходу, словно убегая из этого места.
– Чужестранец, – позвала девушка, подойдя к Дэну и заглядывая ему в глаза, – если тебе предложат, не пей из кубка.
В свете факела она была так красива, что ему захотелось ее поцеловать. Но он почему-то знал, что сделать этого не удастся. Сон шел своим чередом, заставляя его верить в происходящее, но не отпускал и не давал осуществлять свои желания.
– Почему? Разве там не «зелье Жизни»? – небрежно бросил парень.
– За каждый год жизни, подаренный колдовством, придется платить. И цена высока.
Она снова взяла его за руку и повела вперед. Потолок становился все выше, стены расступались перед ними, и коридор в скале расширялся. Иногда пламя выхватывало незамысловатые рисунки на стенах: кони, несущиеся наперегонки, люди, пляшущие на склоне холма, изогнутый серп луны и рядом с ним солнце с изломанными лучами.
Он разглядывал все это, и стены поплыли перед глазами. Нарисованные фигурки ожили и понеслись в танце. Сон потерял свою последовательность, и Дэн оказался вдруг у самых ворот в конце коридора. Слышалась музыка: гудение дудок и удары барабанов.
Девушка повернула его к себе.
– Не пей из кубка! – повторила она и посмотрела на него сначала строго, затем ласково.
– Почему ты меня защищаешь?
– Потому что ты говоришь со мной не как с рабыней, а как со свободной.
Он хотел спросить, что там, за дверью, хотел задать еще тысячу вопросов, но девушка вдруг оказалась совсем близко и положила прохладные ладони ему на плечи.
Затем последовал поцелуй, и Дэн растворился в нем, как бывает только во сне. Тело стало безразмерным, чувства обострились до предела. Он купался в море волшебных эмоций и думал о том, что наконец-то встретил ту, с которой готов бежать на край света. Он летал высоко-высоко в пуховых облаках, и она была рядом, была частью его. Только бы этот поцелуй никогда не заканчивался.
Но стоило ему подумать об этом, тепло ее тела исчезло, и парень лишь водил руками по пустому воздуху.
«Вставай!» – сказала она, тревожно глядя на него.
«Я и так стою», – ответил Дэн.
Земля задрожала. Факел затрясся в ее руке и погас. В последнюю секунду ему показалось, что девушка очень похожа на Гульшан.
«Дэн, вставай!»
Парень с трудом выкарабкался из тяжелого дневного сна. Разлепил глаза.
Гульшан смотрела недобро. Дед тоже рассматривал его, как экспонат в музее.
«Чего им от меня надо?» – лениво подумал Дэн.
– Обязательно будить в самый неподходящий момент?
– Нашел время отдыхать. Не ты ли так торопился на помощь доктору?
– Я что, уснул?
