Спина дедушки мерно покачивалась при ходьбе. Из-под соломенной шляпы выглядывала красная шея. Азим сопел и все время глядел под ноги, словно боялся оступиться.
Дэн вспомнил, как прыгал по камням, когда они шли в гору, как хвастался ловкостью, и ему стало стыдно. Парень сбавил шаг и чуть отстал от группы, чтобы дед мог передохнуть.
После того как Азим взял мальчика к себе, прежняя жизнь старика изменилась. Он почти отказался от охоты и рыбалки, которые так любил. Даже телевизор по вечерам смотрел редко. Парню нужно было помогать с уроками, он отставал.
Прошлой зимой дед приехал в школу на родительское собрание. Дэн дожидался его в вестибюле.
Парень сидел в пустом коридоре и слушал, как завывает ветер за окном. Он знал – ничего хорошего Азиму не скажут.
В какой-то момент он подумал: а вдруг дед, узнав про все двойки и плохое поведение, возьмет и откажется от него?
«Тогда меня сдадут в приют. И я буду сидеть там полжизни у окна и слушать, как плачет ветер». Он не вытерпел и поднялся по лестнице. Темный коридор, в единственном кабинете горел свет.
Дэн осторожно заглянул в класс и увидел деда, сидящего за первой партой на маленьком детском стуле. Азим задумчиво ковырял пальцем открученный винт на столе. Перед ним стояли три женщины: две учительницы и завуч – они наперебой перечисляли все «заслуги» Дэна.
– Они с Джанчатом налили в пакет воду и подвесили над входом в туалет…
– Данила принес в школу хомяка и запускал девочкам под кофту. А когда они визжали и просили вытащить бедное животное…
– Он написал в сочинении, что басня Крылова «Лебедь, рак и щука» – это о нашей школе. Что учителя учат противоположным вещам на разных предметах…
Женщины вышли из кабинета, окинув мальчика кто жалостливым, кто испепеляющим взглядом.
Парень вошел в опустевший класс. Все родители давно ушли. Дедушка смотрел в окно и тягостно думал.
– Деда! – осторожно позвал Дэн.
Азим очнулся, потер лицо ладонями, встал.
– Пойдем.
Они молча спустились по лестнице, вышли на улицу, кутаясь от холодного ветра.
Дэн боялся спрашивать, он ждал, заглядывая в мрачное лицо деда.
Они прошли, наверное, с километр, прежде чем Азим остановился и сказал:
– Кино еще работает?
Дэн застыл на месте, не веря своим ушам.
– К-кажется, да… – ответил он, дрожа от холода.
– Ну, вот и хорошо.
Они прошли еще немного, не говоря ни слова. Азим снова остановился. Внимательно посмотрел на внука и сказал громко и четко:
– Какие же дуры, а?! Ну объясни мне, как ты их терпишь?
Вне дома, столкнувшись с реальной угрозой, Дэн впервые подумал о том, что он будет делать, если потеряет старика? Что, если бы с ним случился приступ в той расселине, с его-то слабым сердцем? Что, если бы бандиты выстрелили в него из винтовки там, на мосту? Приключения – это круто, но такую высокую цену он заплатить не готов.
– Дед!
– Что?
– Я подумал, хорошо бы тебе вернуться домой, передохнуть. Мы с Гульшан найдем доктора с Зариной и приедем уже сегодня вечером. А ты пока приготовишь нам вкусный ужин.
– Фантазер! – только и усмехнулся Азим. – Сегодня ужинать нам придется картошкой из твоего мешка, а спать под открытым небом.
– Я просто… – начал парень.
– Что?
– Так, ничего.
– Сказать по правде, – вмешалась Гульшан, выжимая длинные волосы и рассыпая бриллианты капель по воздуху, – меня тоже беспокоит ваше сердце. Илий говорил…
– Оставьте вы мое сердце в покое! – Азим недовольно поморщился. – Вы видите, я иду. Ноги и руки у меня шевелятся. Скажу, по правде, я давно не гулял по родному краю. Посмотрите, как речка блестит. Каждый камушек что произведение искусства. И вообще, о каком отдыхе может идти речь, если доктор потерял ребенка? Только представьте, каково ему сейчас, бедняге, среди тех опасных типов. Нашел ли он дочь? Или до сих пор мучается в неведении? Эх! Нужно было идти с ним…
Гульшан промолчала. Продолжение их похода, конечно же, не имело никакого смысла. Это было просто оправдание бездействия. Бессмысленный шаг, предложенный подростком и принятый взрослыми, чувствовавшими полное бессилие.
Допустим, они найдут доктора. Подойдут с другой стороны к группе бандитов, которые взяли его в плен и вряд ли отпустят. Чем они, безоружные подросток, старик и женщина, могут помочь, что способны противопоставить группе вооруженных наемников?
Нет, это бесполезная трата времени. Гульшан достала из кармана телефон, рассуждая, кому может позвонить. Вызвать санитаров из больницы? Снова набрать спасателей? Да и связь не работала. Четыре столбика шкалы приема сигнала оставались пустыми и перечеркнутыми.
«Глупо», – снова подумала она. Но ноги шли и шли вперед, и девушка удивилась тому, что в своем упорстве она стала похожей на Илия. Да, он заразил их всех вирусом упрямства.
«Нет, – поняла она. – Не упрямства, надежды».
Одежда быстро высохла, но жара больше их так не изводила. То ли купание помогло, то ли солнце, прежде висевшее в зените, словно припаянное, медленно отделилось от небосклона и начало клониться на запад.
