Клуге затравленно глянул на непрошеных гостей. Бессильно опустился на край кушетки.
– Кто за всем этим стоит? – с ходу спросил Илий.
– Доктор… – протянул Векса. – Опять снова-здорово!
– Я должен знать. Хотя бы приблизительно.
Векса цыкнул, но мешать не стал. Профессор заговорил – каким-то не своим, загробным голосом:
– Мои исследования заинтересовали одного состоятельного человека, и он пожелал быть меценатом. Имя его назвать я не могу…
– И хорошо, – перебил Векса, – тебя, доктор, это не касается.
– Допустим, – процедил Илий.
Клуге опасливо взглянул на наемника, тот кивнул, и профессор продолжил, на этот раз смелее:
– Зачем этому меценату понадобилось помогать мне, я не знаю. Но представьте, как это меня воодушевило! Наконец хоть кто-то понял, какое великое открытие я совершил для человечества!
– О чем вы говорите? – нахмурился Илий.
– Как о чем? О возможности всего за несколько лет исцелять тяжелобольных. Практически о воскрешении!
Доктор недовольно засопел. Векса погладил Клуге по лысине:
– Хватит себя расхваливать. Расскажи-ка лучше, что за кухню вы тут устроили. Расскажи, почему вы брали для испытаний только женщин.
Клуге бросил на наемника презрительный взгляд, потом коснулся щеки – место удара из красного сделалось сиреневым – и в его глазах мелькнул испуг.
– Сначала мы работали на крысах, потом на обезьянах. Мы старались никого не подвергать опасности и соблюдали протокол, прежде чем начать испытания на людях. Женщин мы выбрали, потому что их организм по-другому реагирует на хлоропиоиды. У мужчин они вызывают галлюцинации и часто каталепсию. А у женщин колоссально возрастала сила иммунитета, ускорялся обмен веществ.
Он потянулся к Илию, как будто пытался его в чем-то убедить.
– Доктор, представьте себе, мы легко лечили рак, огромное количество инфекционных заболеваний, которые неподвластны современной медицине.
– Но цена осталась той же? – спросил Илий. – Бесплодие. Не так ли?
Клуге шумно вздохнул:
– Бесплодие и без того проблема двадцать первого века. Среди наших испытуемых были женщины, которые уже родили. Или… или не собирались рожать вовсе.
– То есть, среди них были потенциальные матери. Тогда объясните, почему они добровольно пошли на это?
За профессора ответил Векса:
– Все очень просто – таких денег тут никто не видел. Ради них можно и попробовать на себе новое лекарство, и провести в лаборатории месяц-другой. Представляете, доктор, по контракту они не могли иметь какую-либо связь с внешним миром. А еще это были женщины, которые думали, что скоро умрут. Верно?
– Да. Но ведь у них был шанс выздороветь. Если бы не странная реакция на солнце…
– Вы вели дневник наблюдений? – продолжил допрос Илий.
Профессор отрицательно покачал головой.
Илий ему не поверил. Он подошел к компьютеру. Без труда нашел папку с анамнезами пациенток.
Просмотрел наугад несколько историй болезни. Откинулся в кресле, устало провел ладонями по лицу.
– Что там? – спросил Векса.
– Профессор почему-то не сообщил нам, что у пациенток происходили провалы в памяти. Как вы это объясните?
Клуге замялся:
– Это побочное действие хлоропиоидов.
– Вы же говорили, что так препарат действует только на мужчин.
– Я говорил, что у мужчин он вызывает галлюцинации и каталепсию, – огрызнулся профессор, – про женщин я ничего…
Илий не выдержал, схватил его за ворот халата и тряхнул.
– Что с ними произошло? Говори! Почему они похищают детей?
– Детей? – профессор часто заморгал. – Я… я не знал, что они похищают детей.
Лицо дочери встало у доктора перед глазами. Он вдруг почувствовал такую тоску и безнадежность, что руки его опустились. Затем его захлестнула ярость, и он зашвырнул попавшимся под руку табуретом в стенной шкаф. Стеклянные дверцы лопнули, и пустые колбы со звоном посыпались на пол.
– Рассказывай все, – выдавил из себя Илий. – Или тебе отсюда не выйти.
Клуге превратился в саму сдержанность, только нервно заморгал правым глазом:
– Препарат полностью изменил у них обмен веществ. Их клетки получили способность вырабатывать колоссальное количество энергии. Защитные силы организма возросли, значительно усилилась скорость регенерации. Сначала мы были поражены полученными результатами. Практически у нас на глазах обновлялись их тела. Но затем мы поняли, что плата за это высока. Они чувствуют страшный голод и жажду. Даже если регулярно получают пищу и воду. Кроме того, хлоропиоиды должны постоянно присутствовать в их крови – в умеренных дозах они поддерживают баланс в их телах. Свой баланс, значительно отличающийся от обычного, но все же позволяющий им жить и питаться. Солнечный свет усилил в них обменные процессы. Можно предположить – их тела перешли на новый энергетический уровень.
Профессор бросил нервный взгляд на темные пятна на стекле у входа в лабораторию.
