– Как ты не понимаешь: я не смела даже мечтать об этом! Мы из разных миров. Я – индийская медсестра без гроша в кармане, а ты – отпрыск аристократического рода.
– Ты тоже из аристократического рода в своей стране.
– Да, но наша семья пережила тяжелые времена. Видишь ли, моя мама вышла замуж по любви.
– Вот и ты выйдешь по любви, – улыбнулся он.
– Дональд, пойми, против нашего брака будет возражать не только твоя мать. В Англии я не раз сталкивалась с предрассудками относительно моей расы и цвета кожи. Ты уверен, что будешь счастлив с индийской женой?
– Я в восторге от твоего цвета кожи, – сказал он, целуя меня в шею, – а если кому-то не нравится, то пусть помалкивают.
За эти слова я полюбила бы его еще сильнее, будь такое возможно.
– Ты – удивительный человек, Дональд Астбери.
– А ты – необыкновенная девушка. Я тебя обожаю.
На следующий день Дональд уехал в Девон, а я начала мечтать, как мы будем жить вместе. Шкатулка, в которой я хранила свои истинные чувства, треснула и раскололась.
После отъезда Дональда я с головой погрузилась в учебу, на которой до тех пор не могла сосредоточиться. Что бы ни уготовила нам судьба, я хотела добиться совершенства в своей профессии.
Говорят, если женщина чувствует себя любимой, она сияет счастьем и уверенностью в себе, которые делают ее неотразимой. Никогда раньше я не получала столько приглашений на танцы и свидания от врачей нашей больницы.
– Ты прямо нарасхват, – заметила одна из моих товарок, когда я в очередной раз отвергла приглашение симпатичного молодого хирурга. Впервые в моей жизни так оно и было.
Лишь много позже я поняла: нельзя принимать как должное быстротечные мгновения счастья, подаренные нам судьбой. Еще вчера я казалась себе непобедимой, а сегодня все закончилось. Через неделю после отъезда Дональда в Девон я получила письмо, которое переправила мне Селина.
