– Разве можно в здравом уме желать жизни с такой, как ты?
Яростно зарычав, я плюнула ему в лицо. Хого резко дернул меня за волосы и, разжав пальцы, отшатнулся, вытирая щеку ладонью.
– Я злюсь, потому что связался с тобой, – процедил он. – Это было моим решением, ведь такого мне брат точно завещать не мог.
Тяжело дыша, я наблюдала за тем, как он покидает территорию храма. В сердце что-то екнуло и оборвалось.
И вдруг хого остановился. Застыл, как каменное изваяние, и только плечи ходуном ходили. Потом медленно обернулся и прожег насквозь слезящимися глазами.
– Не подходи, – прорычала я. – Даже не смей.
Но он все равно подошел. Ярость клокотала во мне, мешаясь с чувством отвращения – к нему, к себе, ко всем вокруг. Хотелось подняться и убежать, пока не натворила еще больше глупостей, но тело не слушалось – только тряслось от неистовой дрожи, – и я прокусила губу до крови, наблюдая, как этот невыносимо упертый человек опустился на колени и уткнулся лицом в мои ноги.
– Прости меня. Прости.
Я застыла, забыла, как дышать, а хого воспользовался моей растерянностью, взял ладони в свои руки и приложил к губам.
– Прости. Прости, – глупо повторял он.
Поцелуи ранили сильнее слов. Я тихо заскулила и зажмурилась. Мне не нужны были эти мольбы. Я их не заслужила и принять не могу. Но если повезет, он никогда не узнает почему.
– Хватит, Шиноту, – прошептала я, отталкивая его. – Наша сделка не включает уважения друг к другу.
Весь день я провалялась в постели. Один раз ко мне заглядывала Мэйко, но я сделала вид, что сплю. В какой-то момент, кажется, и вправду уснула, но по большей части провела время, маясь суетливыми мыслями. Озвучивавшие их голоса трещали наперебой так громко, что я даже не слышала суеты на улицах крепости, а ведь птичий народ с самого утра готовился к празднику.
На закате я сдалась и выбралась из постели. Мою одежду выстирали, и я наконец смогла сбросить дурацкое кимоно. Если Мэйко настаивает – ладно, на улицах ее дома я буду выглядеть так, как хочется ей, но в Ёми отправлюсь в том, что мне ближе.
Широкое окно спальни выходило на озеро. Я могла любоваться видом крепости и не утруждать себя наблюдением за празднованием, которое было с другой стороны. Когда солнце полностью скрылось за горизонтом и крепость окрасилась всевозможным сиянием фонарей, за мной пришел Тэйго.
На этот раз он выглядел довольным и уверенным в себе, мужественное лицо украшала сдержанная улыбка – как у образцового солдата, готового в любой момент с честью погибнуть за свою королеву.
Надо же, как малышка выдрессировала вас. Делает тебе честь, Мэйко Хаджава.
– Готова, Рэйкен? Церемония у храма закончилась, все уже веселятся на площади. Так что нам лучше выходить оттуда.
Я одобрительно улыбнулась. Хорошая мысль. Я так давно не искала нужные двери, что лучшее место, чем заряженный ритуальной энергией храм, сложно вообразить.
Мы молча спустились на улицу и прошли вверх по брусчатке. Проходя через церемониальные тории, я невольно прислушалась к гулу голосов за спиной, сама не понимая, что хотела услышать, кого увидеть.
Он либо очень глупый, либо совершенно отчаявшийся мальчишка, которому нечего терять.
Замолчи!
– Эй, что дальше?
Я моргнула. Мы с Тэйго стояли на задворках храма в окружении темно-зеленых криптомерий. Здесь не было фонарей, и нас окутала идеальная густая темнота. Я взяла хого за руку.
– Пройти нам нужно вместе, иначе ты не найдешь дорогу. Поэтому ни за что не отпускай меня.
Я старалась говорить спокойно, чтобы не вызвать излишнего волнения, но, кажется, Тэйго совсем не боялся: темные глаза светились от предвкушения, на губах играла сдержанная улыбка. Он нетерпеливо кивнул.
– Дай мне минутку, я должна запомнить пороги этого места, чтобы мы могли вернуться в любой момент.
Я глубоко вздохнула и вытянула руку. Кончики пальцев скользнули в невидимую субстанцию, и по телу пронеслась волна возбуждения. Это была моя стихия, мой наркотик. Мгновенно все гнетущие мысли исчезли, и я снова ощутила, как потерянные части меня находят пути друг к другу.
Я водила пальцами в небытии, нащупывала все шероховатости, запоминала неповторимый узор, присущий каждой стене, отделявшей один мир от другого. Я бы никогда не смогла объяснить словами, что конкретно чувствовала, что узнавала. Но моя кожа записывала все. И когда я поняла, что изучила достаточно, то смело шагнула вперед, увлекая за собой своего спутника.
Мгновение, иногда тянувшееся вечность, вязкая отрезвляющая и совершенно магическая темнота. Едва ощутимое давление на уши. Долю секунды мы находились в пространстве между мирами, окруженные абсолютно всем и ничем. Я закрыла глаза и на ощупь поискала новую преграду – ту, что впустила бы меня в Ёми. Я была в мире мертвых множество раз и на всю жизнь запомнила, как выглядит ключ.
Нащупав нужную стену, я уверенно прошла через нее.
