Когда мы шагнули с поляны птицы Фао в лес, небо уже окрасилось утренней зарей. Старушка не обманула. Зелье действительно отпугивало тварей. Зверомыши провожали нас взглядами и поворотом ушей, но не трогали. Белый лес замер, словно в сомнении. Будто бы раздумывал и никак не мог определить, что же ему с нами делать. И потому он не делал ничего. Не мешал, не помогал. Мы на удивление легко и почти случайно нашли наших лошадей. Оказалось, что место, на котором на нас напали мыши совсем близко от домика старухи. А накануне, когда мы ломились сквозь заросли, пытаясь выиграть себе жизнь и свободу, этот путь казался неимоверно длинным. Кони запутались связанными вожжами за какой-то куст и стояли неподвижно. Видимо, как добыча они были лесу не интересны. Однако, содержимое сумок он проверил. Вещи были разбросаны вокруг лошадей по земле, висели на кустах. На луке седла каурого жеребца, на котором ехала я, виднелись царапины от когтей и отметины от зубов. Словно кто-то грыз и облизывал его. Еда лесных жителей не интересовала, а вот светящуюся баночку-ночничок чьи-то когтистые лапки расковыряли. Содержимое было съедено, а баночка вылизана до чистоты.
Нирс удлинил веревкой поводья, чтоб можно было вести лошадей, сидя на ящере, мы собрали в сумки вещи и поспешили в путь. Необходимо было выбраться из Белого леса до наступления новой ночи.
Ящер быстро и уверенно пробирался сквозь лес. Сбруи и седла не было и сидеть на выпуклых спинных щитках зверя было жестко. Но лучше пожертвовать некоторым комфортом ради увеличения скорости передвижения и безопасности. Мы ехали почти все время молча. Казалось, одно неосторожное слово и лес поймет, что мы все еще здесь и вспомнит о нас. И действие бабкиного зелья разрушится. Мы наносили его на себя заново время от времени. Я прижималась спиной к Нирсу, сидя перед ним на чешуйчатой спине. На одну руку Нирса была намотана веревка со связанными вожжами. Рядом с нами бежали наши кони. Другая рука мужчины покоилась на моем животе. Ее тепло хоть чуть-чуть, но согревало и вселяло немного уверенности.
Я смотрела сверху на две оседланные спины и размышляла. У нас будут дети. Двойня. Нам обоим все еще не верилось. Я, конечно, мечтала, что это когда-нибудь случится, но чтоб так быстро… И радость от этой новости омрачалась осознанием огромной опасности, которой они подвергались здесь. Обычно замужние женщины узнают о том, что они беременны в своих спальнях от повитух, в присутствии мужей и иногда других родственников. Даже в этом у меня все не как у нормальных людей. Я узнала о будущих детях в старой лачуге от одержимого духа посреди кишащего тварями Белого леса, который хотел сожрать меня, когда я даже не знала причину. Покусанное седло каурого коня подсказало мне ее. Значит, зачала я в замке веретенников. Ведь в ту сторону лес пропустил меня беспрепятственно. Лес ополчился на меня, потому что почувствовал мое изменившееся положение. Не даром многие вампиры любят беременных. И маги. Волосы женщин на сносях высоко ценятся, как магический компонент для многих зелий.
Скоро мы выедем из чудовищного леса на Равнину. И тогда маги-поисковики моего покойного мужа снова найдут нас. Если уже не нашли. Снова бежать. Снова на пятки будут наступать враги. Опять прятаться и бояться. Поскорее бы уже это закончилось. Нирс говорил, что для нас главное – пройти незамеченными мимо Каурии до Карвика. А под Карвиком должны нас ждать собратья Нирса. Если семеро наемников Мартиана не смогли справиться с одним Нирсом, то с несколькими такими, как он тягаться им будет еще сложнее. Правда, и Бастиан Славный, и его маги теперь знают, насколько силен Нирс. И новая их атака на нас будет куда более сокрушительная.
Человек, стоявший перед Бастианом Славным внешне не был примечателен абсолютно ничем. Ни могучего телосложения, свойственного наемникам, ни обилия оружия. На поясе пришедшего висели только скрытые полами длинного плаща ножны, из которых торчала рукоять длинного боевого ножа. Человек был среднего для мужчины роста и худощавого телосложения. Его пепельно-русые волосы были коротко острижены по последней моде. Такие прически можно увидеть у десятков мужчин на улицах любого города Великой равнины. И только жесткое выражение лица и колючий цепкий взгляд серых глаз выдавали в нем того, кем он по своей природе являлся. Хищником. Охотником на людей. Тихой смертью. Наемным убийцей. Тем, кому не требуется армия, грубая сила или разнообразие оружия чтоб победить соперника. Одного дротика со смазанным ядом наконечником хватает, чтоб его жертва успокоилась навсегда.
– Беретесь ли Вы за дело? – спросил Бастиан. Он поглаживал набалдашник своей трости, отчего перстни на его пальцах отблескивали благородным огнем.