Чего только не попадается в этих поисках: мой старый школьный портфель – как он здесь оказался? Фотография мамы, когда она была беременна мной, – красивая, как голливудская звезда; рецепт куличика, записанный Карлой, – при виде ее почерка на глаза наворачиваются слезы. Карла, кажется, постоянно появляется здесь, в Хэмли. Она здесь прожила всего ничего, но успела стать частью этого места. Может, от того я и нашла здесь силы двигаться вперед. Точнее, нет, наоборот: движение – моя сильная сторона, а вот стоять на месте не получается.
Осторожно сложив рецепт, я кладу его на место. Может, в будущем такие сокровища заставят меня не плакать, а улыбаться.
Ключ в итоге находит Никола. Подписанный бабушкиной рукой – «Запасной ключ Бетси», – он лежал в ящике стола в коридоре, вместе с целой коллекцией ключей от домов, которые мы все давно покинули. Там нашелся ключ от квартиры Карлы в Бетнал Грин, от нашей старой квартиры в Лидсе, и, к моему большому возмущению, ключ от велосипедного замка, который я обыскалась десять лет назад. А еще запасной ключ от маминого дома – его я положила в карман, а то бабушкин заедает в замке.
Я провожаю Бетси до дома. Шанса возразить я ей не дала, но все равно удивительно, что она не протестует.
Что бы на моем месте сказала бабушка? Да ничего. Дала бы ей возможность выговориться. Поэтому, пока мы медленно идем под дождем по Средней улице, я просто держу над нами зонтик и жду, когда Бетси будет готова.
– Думаешь, что теперь все знаешь о моей жизни? – наконец подает она голос, глядя прямо перед собой.
– Вовсе нет.
– Вот и правильно. Все куда сложнее.
– Не спорю.
Я прикусываю щеку. Бабушка бы сейчас смолчала, не продолжила бы разговор. И все же…
– Никто и никогда не должен испытывать страх в собственном доме. Бетси, если вы решите от него уйти, весь Хэмли вас поддержит.
Мы останавливаемся у ее калитки. По уму тут мне надо бы развернуться и уйти обратно, но я лучше останусь и своими глазами увижу, что Бетси вошла в дом.
– Он уже успокоился, – говорит Бетси. – Иди, Лина. Не стоит тебе тут торчать.
– Вы заслуживаете лучшего. И я не перестану это повторять, сколько бы раз вы меня ни выгоняли и ни говорили, чтобы я тут не торчала, – говорю я с легкой улыбкой. – Знайте, я всегда рядом.
– Меньше недели.
И впрямь. Я совсем забыла, что скоро уезжаю.
– Да, неделю. А потом в коттедж «Клируотер» вернется правильная Эйлин Коттон. – Я улыбаюсь, хотя на душе нечто очень похожее на печаль. – И так будет даже лучше.
«Трынь-трынь-трынь-ТРЫНЬ-ТРЫНЬ», – взрывается вдруг телефон Лины на столике в кафе.
– О, черт! – Би в испуге прижимает руки к груди. – Каждый раз, когда вам приходит сообщение, я думаю, что у меня сейчас будет сердечный приступ. Какой же он у вас громкий!
Я намереваюсь отчитать ее за ругательства, но отвлекаюсь на телефон.
– Кто пишет? – спрашивает она. – Деревенский малый или сексуальный актер?
– Сосед из Хэмли. Узнал о существовании смешных видео с котами и шлет мне их без конца.
– О, вы показали ему то, где кошка толкает ребенка в бассейн? – оживляется Би. – Мы с Джейми его раз шестьсот пересмотрели.
– Смотрю, дочь разделяет твое мрачное чувство юмора. – Я откладываю телефон. Арнольд может подождать, а вот сплетни с Би – нет. – Как прошло твое третье свидание с Майком?
Би с сомнением качает головой.
– В целом-то было здорово. Но танцевать он не умеет, определенно богаче и успешнее меня и даже в Лондоне не живет – так что сплошь промахи.
– А что он сказал, когда ты рассказала ему о Джейми?
Взгляд ее тут же становится мягче, а тон теплее.
– Попросил рассказать о ней, и мы проговорили почти час. Он не менял тему и не скучал – он слушал.
Я улыбаюсь.
– В твоем списке нет пункта «хороший слушатель», зато в моем есть.
– А еще у него столько мыслей про открытие бизнеса. Действительно небанальные идеи, и при этом он не пытался учить меня жизни или впечатлить.
– Замечательно. С Линой ты их обсуждала?
Она хмурится.
– Не хочу на нее давить. В последний раз она прямо сказала, что смерть Карлы пошатнула в ней уверенность и открывать дело она пока не готова. Я не обижаюсь и жду.
– Ах. Понятно.
Официант приносит нам кофе.
– Да говорите уж, – говорит Би, глядя мне в глаза. – Вы же хотите что-то сказать.
– Просто, Би, ты ведь не из тех женщин, кто привык ждать.
– Ради Лины я готова.
– И спасибо за это, но даже Лине иной раз нужен толчок, а сейчас – как никогда. Она с таким задором рассказывала о ваших задумках, а потом замолчала. Может, ваши планы вернут ей смысл в жизни?
– Может… – говорит Би, немного оживляясь. – Может, и стоит подтолкнуть ее совсем чуть-чуть. Не хочется упускать возможность. А то иной раз кажется, что мы так до конца жизни и будем «процветать в дружной семье Сэлмаунт».
– Какой-то сектантский лозунг, право слово.
– Лучше бы вы этого не говорили. У нас директор без конца эту фразу повторяет. Но и правда звучит по-сектантски…
