– Кора… я хочу поговорить с тобой…
Миссис Левинсон была смущена – небывалый факт! Но ей предстояло кое-что объяснить дочери, у которой через два дня венчание и первая брачная ночь.
– Да, мама.
– Ты понимаешь… супружеские отношения состоят в том числе и из неких обязанностей…
Пожалуй, это был единственный случай, когда Марта Левинсон не знала что и как говорить. Кора тоже была смущена необходимостью беседы на эту тему и поспешила успокоить мать:
– Мама, все, что нужно, я уже прочитала…
– Ты?! – Миссис Левинсон от такого заявления дочери пришла в себя. – Где?
– Я читала наставления невесте, напечатанные в дамском журнале, если ты об этом.
У миссис Левинсон невольно вырвался вздох облегчения, даже при ее способности говорить открыто на любые темы, эта была запретной. Мать не стала выяснять, откуда у дочери дамский журнал с подобной информацией, решив, что постаралась леди Бельмонт, снабдившая свою любимицу такой литературой.
Она не поинтересовалась, что же было в той статье, а зря, потому, что статья не только не помогала будущей супруге получить удовольствие от близости с мужем, но и учила прямо противоположному: физическая близость нужна только мужчинам, а потому для женщин ужасна; ей следует всячески противиться, если же такое невозможно, нужно вытерпеть, но ни в коем случае не проявлять эмоций.
Неудивительно, статья отражала взгляд на физическую близость двух полов, царящий в Викторианскую эпоху. Мужу следовало максимально затруднить доступ в спальню, в постель и к телу супруги, а самой женщине не просто всячески избегать близости, но и замирать во время нее, словно прикидываясь мертвой. Удивительно ли, что женатые мужчины предпочитали доступных, раскованных проституток своим ледяным женам. Как бы ни любил муж свою жену, но если его встречают холодность и сомкнутые даже при поцелуе губы, едва ли не появится желание посетить более откровенную женщину.
Кора обо всем этом не подозревала, вернее, знала и о проститутках, и о доступности, но именно благодаря журналу уверилась, что только мужская разнузданность и похотливость приводят к действиям в постели. Оставался вопрос: а как же любовь? Но автор статьи объясняла, что любовь – это возвышенное чувство приязни, которое ничего общего с поведением в постели не имеет.
Худшего прочитать невеста перед свадьбой не могла, но и лучшего не было, и теперь для бедолаги главным стало не проявить никаких эмоций, быть максимально сдержанной, чтобы супруг не подумал о ней ничего дурного, ведь только распущенные девушки способны проявлять чувства и испытывать что-то, кроме отвращения к процессу близости.
Потому и дрожала Кора, боясь показать себя несдержанной перед Робертом Кроули – настоящим джентльменом. Девушка решила вытерпеть все без малейшего звука, чтобы у супруга не закралось подозрение, что она развратна по своей природе. Большую глупость трудно придумать, но Кора Левинсон была не одинока в своих страхах, пуританская мораль отравила близость и даже жизнь очень многим.
Казалось, подготовка к свадьбе никогда не закончится, но все в мире имеет свое начало и конец, наступил и этот безумный день.
Стараниями тетушек все было продумано и предусмотрено, но никогда ни одна свадьба, даже королевская, не обходилась без мелких накладок и неурядиц. И все же, кто из невест помнит эти накладки и неурядицы? О женихах и говорить нечего, для них главное – поскорей все закончить, чтобы не быть словно кукла в витрине игрушечного магазина на виду.
Все, как в тумане – восторг сначала родителей, тетушек и сестры по поводу прелестного вида невесты, потом возгласы гостей, несчастные глаза Генри Невилла, радостное изумление Роберта Кроули при виде очаровательной невесты… И вот они на коленях перед священником произносят обещания быть верными до смерти… Крики огромной толпы, собравшейся у церкви Троицы приветствовать или просто поглазеть на молодоженов, бесконечные тосты во время свадебного приема, устроенного в огромном зале Бельмонтов (это было подарком леди Бельмонт), цветы, возгласы, блеск бриллиантов и глаз…
Бесконечная карусель впечатлений, мгновенных и врезавшихся в память, старания ничего не забыть, не перепутать не только во время венчания, но и после, чтобы не обиделся никто из именитых гостей… Левинсоны объяснили отсутствие матери и сестры графа Грэнтэма глубоким трауром леди Вайолет, которую в Нью-Йорке заменила леди Маргарет, и обещали не менее роскошное действо в Лондоне после прибытия туда молодых.
Роберт не стал сообщать, что никакого роскошного венчания не планируется, во-первых, зачем венчаться еще раз, во-вторых, траур продолжался, осенью он становился лишь менее строгим.
Все когда-нибудь заканчивается, подошел к концу и сумасшедший день венчания, и свадебный прием тоже. Молодых отправили в гостевой особняк Левинсонов, а веселье продолжилось.
Анна встретила хозяйку у входа со слезами счастья на глазах.
– Мисс Левинсон, мистер Кроули, поздравляю! И желаю вам настоящего счастья.
Роберт возразил:
