Поколебавшись, стянула кольцо и неуверенно приложила к дракону. Никакой реакции. Что ж, это было ожидаемо. Учитывая клубящуюся вокруг нас темень и целое море крови, его явно не отравили.
Но не сдалась и следом сняла кулон с тройной защитой, который стоил целое состояние и действительно спас меня в свое время от массы неприятностей, и навесила на подходящий шип.
Кулон тут же треснул. Несколько секунд я ждала, но дождалась только едва различимого магического всполоха, который тут же угас. Все-таки хороший был кулон, просто не рассчитанный на драконьи проблемы.
— Сейчас, сейчас, — погладила дракона по шкуре. — Мы что-нибудь придумаем.
Ум молнией прострелила мысль, что я всего несколько дней назад надела на руку собственный артефакт против темной магии. Он ведь и сейчас со мной!
Задрав рукав, я вытащила крупный, откровенный мужской браслет с десятью смоляными камнями. Точнее, с девятью. Один из камней лопнул и вытек, оставив угольную дорожку на серебре. Смешно, но я страшно расстроилась. Даже артефакт нормально сделать не могу, вот что значит слабая магия.
А потом до меня дошло. Камень лопнул, потому что черная дымка, укрывшая дракона, вовсе не дымка, а та самая черная магия. Артефакт просто защищал своего владельца, и один из камней полностью отдал свою силу.
Трясущимися руками, я отыскала уже виденный драконий коготь и кое-как нацепила на него браслетик. Три камня из оставшихся десяти сразу брызнули в стороны чернильным заклятием.
Дракон забился в судороге, и я поспешно отскочила, чтобы меня не придавило тушей. Перед носом всплыл горящий живым солнцем глаз с вертикальным зрачком.
«Вейра из клана Кайш…. — я не знала этого дракона, но вот дракон совершенно точно знал меня. — Беги, вейра из клана Кайш».
Впрочем, я разберусь с этим позже.
— Перекидывайся, — приказала жестко. — Пока артефакт действует, у тебя есть шанс вернутся в человеческую форму.
Драконья морда с усилием дернулась в сторону.
«Беги, вейр-р-р-ра.…»
До меня наконец дошло, что дракон пытается купировать оборот, чтобы не пришибить меня в процессе, и шарахнулась в сторону.
Дракон бился в диких судорогах, протапливая телом окровавленный снег. Хвост судорожно метался, сшибая молодые елочки, страшный рык крыл лес. Черная магия поднималась вихрем к небу, обнажая ослепительно-золотую чешую.
Я обняла одну из елок покрепче, чтобы меня не смело магией и уже подумывала плюнуть на декорум и обхватить деревце еще и ногами, как панда. Чтоб уж наверняка не сдуло.
А после все кончилось. Тишина настала такая, что я слышала собственное шумное дыхание. Переждав с минуту, трясущимися руками отцепила себя от дерева и с опаской подошла к дракону.
Вместо огромной туши в раскуроченном грязному снегу лежал человек. Мужчина.
Снежные волосы, схваченные в низкий хвост простой канцелярской резинкой, серый солдатский плащ, черные наручи, изодранные в лохмотья. Знакомая изящная мощь…
Как любой, прилично воспитанной вейре, мне надлежало изящно присесть, чтобы осторожно потыкать пальцем, а после магическим посвистом призвать собак. Не женское это дело, с ранеными солдатами возиться. Вместо этого я по-простому рухнула коленями в грязный снег, словно в одночасье лишилась рассудка. Сердце забилось куда-то в горло и колотилось подстреленной сойкой.
Неуверенно тронула драконира за плечо, не решаясь перевернуть. Да это и не требовалось. Я знала, кто это, просто знала и все. Знала все это время, пока пыталась его спасти.
— Сейчас, — зашептала одними губами. — Сейчас-сейчас. У меня есть дома целая коробка зелий и личная аптечка. Все будет хорошо, все обязательно будет.…
Слух поймал далекие голоса, зовущие меня по имени, треск веток и тявканье собак. Они почему-то отказывались лаять и выражали эмоции рыком или тявканьем.
Теперь, когда черная дымка рассеялась, обернувшись, я увидела, как к лесу приближается повозка, и старик Бай подгоняет лошадей, а из окна повозки высунулась Лоте.
Облегчение затопило меня с головы до ног, даже слезы на глазах выступили. Только сейчас я поняла, что справиться одной мне было не по силам в любом случае. Генерал-то без сознания. Мне его не то что не поднять, мне даже приподнять его было бы сложно.
Пошатываясь, я вскочила и побежала навстречу повозке.
Ко мне тут же бросились мои верные безмолвные собаки, а следом с козёл спрыгнул Берт.
— Сюда! — крикнула, хотя голос едва слушался. — Сюда, скорее!
Меня, наконец, заметили, и повозка покатила в правильном направлении под радостные вопли прислуги.
Близко подъехать ей не удалось из-за раскуроченной земли и растопленного в кашу снега. Поэтому после того, как меня ощупали на предмет ранений и расспросили, мы вчетвером кое-как перекатили генерала на расстеленный плащ и дотащили до повозки. Заминка вышла при погрузке.
— Вот смотрю я на него и думаю, — с заминкой призналась Лоте. — Вот прям думаю и не могу остановиться. Похож-то как.
