Стоило развестись, как и дракон проснулся, и жена появилась ему под стать — родовитая, вечно юная, с сильным даром.
— Уфф, — Талья с усталым вздохом упала в кресло рядом. — Заказал кремовые тарталетки на вечер? Графина Бланш с ума по ним сходит.
— Заказал, моя радость, — с правом собственника он погрузил пальцы в белокурые локоны жены и взъерошил, ломая прическу.
Она было засопротивлялась, а после поддалась, засопела довольно, подставляясь под ласку. Талье была очень отзывчивой. Готовой к экспериментам. Это Риш была маленькой святошей и разрешала шалости только в темноте под одеялом, а с Талье было легко. Дерзко.
Он опрокинул ее на софу и навис сверху, любуясь свежим личиком.
— Говори, что еще задумала? — шепнул в губы.
На безупречном лбу супруги прорезалась морщинка недоумения.
— Задумала? Ты о чем, Берн?
Он довольно засмеялся.
Их свадьба прошла в столице и за неделю гуляний он оброс связями на десять лет вперед. Настоящими, качественными контактами с высокородными, которые, если бы не Талье и не проснувшийся в нем дракон, не стали бы даже зевать в его обществе.
Они уже месяц жили в столице, посещая почти все мероприятия, и дебютный вечер в столичном доме был особенно важен. Для дела важен.
— Говори, что за вечеринку ты задумала?
— О, ты таких еще не видел, — она кокетливо протянула гласные. — Все будет по высшему разряду, винный фонтан, каскад из пирожных, танцовщицы из труппы вейры Линет, сказительница, которую специально пригласили для вечера, чтобы развлечь сказками. А стол я заказала в ресторане Пельш, там идеально готовят.
Глупо, но его это кольнуло.
Их с Риш вечера славились интересным столом. У них собирались не только, чтобы обсудить дела, но и вкусно поесть, как бы примитивно это ни звучало. Риш говорила, что хороший ужин делает дракона добрым и благодушным. В ее случае это было действительно так. В такие дни она нанимала двух поваров в помощь старушке Лис и контролировала готовку от закусок до десерта, сама сочиняла рецепты. Не счесть, сколько новых клиентов заехало к ним на одну минутку, просто чтобы попробовать ее знаменитый рыбный пирог и остались на долгие годы, как друзья.
Берн невольно нахмурился.
— Послушай, на вечернем приеме будет почти сотня высокорожденных, а мы только прибыли в столицу, дебютный прием должен быть запоминающимся. Необычным.
Таким, как у Риш.
— Он будет запоминающимся, — с лукавой улыбкой пообещала Талье.
Изогнулась под ним призывно, но Берн медлил. Во-первых, пришло время прояснить некоторые моменты в их браке, а во-вторых, ему нравилось контролировать себя. Это Риш было достаточно одного неосторожнооо взгляда, чтобы он сорвался, а здесь, с Талье, он был ведущим в их паре. Власть над влюбленной драконицей была сладка. Власть была слаще любви.
— Ты могла бы сделать тематический вечер, — сказал он небрежно. — Вы, девчонки, умеете такое. Ну там, какой-нибудь день цветов или декор под старый миф. Что-то такое.
Он расплывчато покрутил рукой. Риш такое делала. Когда клан Кайш выгнал его за связь с иномирянкой, от них вся южная область отвернулась. Но умница Риш её приручила шаг за шагом, как опытный дрессировщик. Делала какой-нибудь необычный прием, а драконов хлебом не корми, дай что-то редкое, да необычное. Риш хорошо поняла драконью натуру, даром, что человек.
Талье обиженно скривилась. Уловила намек.
— Я тебе не кухарка, — сказала холодно. — Курицу запекать, как эта твоя…
Берн мгновенно посмурнел. Резко поднялся, хотя жена все еще призывно лежала на софе и даже не делала попытки поправить платье.
— Осторожнее, — бросил холодно. — Займись вечером, а у меня есть дела.
Талье провокационно раздвинула ноги и чуть сползла вниз, разрешая шелку скользить по белым бедрам, но в груди ничего не откликнулось. Милая женушка зацепила больную тему.
Отвернувшись от блестящих колючей яростью глаз супруги, Берн покинул гостиную и заперся в кабинете до вечера. Бумаг за дни свадьбы накопилась целая гора, а ему нужно уйти в дело с головой, чтобы перестать думать.
Он грязно расстался с Риш.
Он не хотел этого. В голове у него все было очень просто. Он даст ей дом, содержание, как на прежнем уровне жизни, свою карету и кайранов, и прислугу, и все, что она только попросит. Дети будут жить с ним, это не обсуждается, но раз в месяц-другой он позволит им навещать мать. Со временем Риш смягчится и станет его наярой, и сможет видеть детей, хоть каждый день.
Будет снова ухаживать за садом, готовить свои странные, но очень вкусные блюда, помогать в артефакторике. Со временем Талье бы поняла, что Риш не угрожает ее благополучию, и та поселилась бы в их доме в отдельных покоях.
Это было разумно и удобно. Они много раз обсуждали эту стратегию с отцом, но он тянул с разводом. И тянул бы еще год, а то и все пять, если бы не та роковая случайность, когда Талье буквально принудила его к сексу в кабинете, а Риш вздумалось зайти.
Он углубился в документы по «Поцелую», когда стукнула дверь. Берн резко вскинул голову, собираясь отчитать Талье, но увидел, что зашла дочь.
