— Ряд событий, — медленно начал Дармер, — произошедший тогда, существенно изменил мою жизнь, — он собрался с духом и на одном выдохе произнес: — Буквально за один год погибли все мои родственники. Все члены моего клана. Включая моих родителей.
Улыбка сползла с лица Шеда.
— Они погибли на передовой? — спросил он.
— Конечно. Они все были воинами.
— Но я считал, что раз вы, клановые, все поголовно воины, то к смерти близких должны относиться проще, — проговорил Шед, старательно подбирая слова.
— Но не всех же! — вскричал Дармер. — Мой клан был одним из самых многочисленных. Смерть даже десятка магов не была бы большой потерей! Но он почти разом лишился практически всех своих бойцов! Я последний остался, да и то только потому, что был младшим членом клана, и меня не допускали на поле боя! И что бы ты ни думал о нас, клан — это в первую очередь семья, а не завод по производству элитных воинов. Я любил своих родителей и свой клан, каким бы самодовольным придурком ни был!
— Братишка… — растерянно пробормотал Шед.
— Спрашиваешь, почему я так изменился? А как иначе, когда весь твой мир рухнул на глазах?! Все, чему меня учили, стало бессмысленным и бесполезным! Какие, к демону, клановые ценности, когда у меня клана даже нет?! Какой может быть клан из одного-единственного мага?! — выпалил Дармер. Все те мысли и чувства, что копились в нем эти годы, в один миг прорвались наружу. Дармер не мог, да и не хотел останавливать рвущийся наружу поток слов. Переведя дыхание, он продолжил более спокойным тоном. — И не один я так считаю. Мне уже поступало предложение перейти под знамена другого клана. Но я, конечно, сказал «нет», потому что, во-первых, это был клан, который с давних времен враждовал с моим. Я еще не утратил клановую гордость, чтобы носить фамилию врагов. Во-вторых, такой переход окончательно бы уничтожил древнюю династию, чего я не могу сделать своими же руками. И, в-третьих, это означало бы мое безоговорочное подчинение лидерам этого клана, и они бы непременно заставили меня поступить в Варнорт. А я тогда еще надеялся избежать этого.
— Но как ты собирался это сделать? — тихо спросил Шед. — Не мог же ты не знать об обязательном призыве.
— Я считал, что Варнорт получил более чем достаточно крови моего клана и не станет требовать еще и мою. Но руководство Варнорта думало иначе, и, как результат, я оказался здесь. В принципе их можно понять: я их интересую исключительно как сильная боевая единица. Им нет никакого дела, что я потерял всю семью. Они хотят видеть последнего представителя великого клана на фронте. Их я понимаю. Но вот кого я совершенно не понимаю, так это тебя, — Дармер пристально взглянул на Шеда. — Тебя ведь никто насильно в Варнорт не тащил. Ты мог распорядиться своей жизнью как угодно. Но ты решил принести себя в жертву Варнорту. Варнорту, который не смог спасти жизнь твоим родителям и сотням других!
— Мои родители воинами не были, — заметил Шед. — Но это их не спасло. Было бы наивно думать, что обычные жители в меньшей опасности, чем военные. Варнорт здесь не при чем. Он ничего не мог поделать.
— Твои родители совершили большую ошибку, отправившись к берегам Земли Иных Миров, — отрезал Дармер. — Это ж надо было додуматься торговать с врагом!
— Они и не торговали, — возразил Шед. — Они возвращались домой из Земли Каменных Цветов и обходили с юга разлом.
— Это было весьма неразумно с их стороны, — не растерялся Дармер. — Лучше бы они потратили больше времени на обход с севера, чем плыли вдоль заведомо опасной земли. Но мы отвлеклись, — перевел он тему в другое русло. — Отчасти ты прав, мирные жители не находятся в совершенной безопасности, но, тем не менее, в куда меньшей, нежели военные. Гильдия нацелена в первую очередь на Варнорт. Все остальные, если она победит, не будут ей помехой. Поэтому я спрашиваю тебя еще раз: зачем ты напрасно рискуешь своей жизнью?
— Напрасно? — переспросил Шед. — Думаешь, я не понимаю, что могу погибнуть? О нет, я прекрасно понимаю это. Понимал, еще когда подавал заявку на поступление. Но мне не важно, умру я или нет. Я пришел в Варнорт, чтобы внести свой вклад в победу, пусть он и будет мизерным.
— И ты думаешь, твоя жизнь стоит этого мизерного вклада? — холодно усмехнулся Дармер. — Нет, я не спорю, ты — сильный боец. После всех наших поединков с моей стороны было бы глупостью утверждать обратное. Но, твои же слова: «Что я один могу сделать против такой сильной и огромной организации?». Ты сам признал, как незначительна твоя сила по сравнению с Гильдией. Так зачем что-либо делать, если от тебя ничего не зависит?
— Братишка, если все начнут рассуждать, как ты, сражаться будет некому, — заметил Шед.
Дармер засмеялся горьким и отчаянным смехом. Сам того не ведая, Шед почти слово в слово повторил фразу Арктура в последний день перед отправлением в Катверн.
— Это я уже слышал. Может, скажешь мне что-нибудь новенькое?
