«Потому-то они и не схватили нас, — догадался одержимый, тяжело вздохнув от осознания очередной неудачи. — Мы приманка для гатляуров и армейцев, которая должна увести их как можно дальше от оставшихся в живых бандитов. Да, тут никакие уговоры и обещания не помогут. Это отребье просто хочет выжить. Впрочем, не мне винить их за это желание».
— Да и зачем вы нам? Толку от вас никакого, одни только проблемы, — продолжил демон, театрально взвешивая воздух на ладони. — Продать саалею? Так ведь никто не купит ее за более-менее разумную сумму, потому что это слишком приметный товар. Все боятся краденых саалей. А что, если посреди ночи заявится ее разгневанный хозяин или постоянный клиент прямиком из какого-нибудь квартала фей или даже из, будь она неладна, Цитадели? Вот-вот… — он ткнул когтистым пальцем в грудь Ахина: — А ты? Сеамир ведь так и не придумал, куда тебя пристроить. Естественно, он не собирался продавать тебя нежити. Он не дурак. Был. Наш хитроумный сонзера все ломал голову — как бы тебя повыгоднее передать атланам, чтобы при этом самому не оказаться за решеткой. А пока он думал, за тобой пришли гатляуры. Эх, я ведь предлагал Сеамиру прикончить тебя и замести следы, но… Ладно. Вижу, ты все понял.
— Понял, — пробормотал Ахин, взяв саалею за руку: — Пошли.
«Во всяком случае, мы до сих пор живы и относительно свободны. Могло ведь быть и хуже. Жаль, правда, время потеряли».
— Постойте! — послышался еще один смутно знакомый голос. — Возьмите меня с собой.
Одержимый обернулся и увидел молодого сонзера, который некогда оставался охранять его на холме у охваченной огнем деревни. Тут же вспомнилась тупая боль в затылке от удара дубинкой.
— Да, сделай доброе дело, забери Диолая, — пренебрежительно обронил демон. — Он бесполезен, много болтает, жрет в три горла и бесит.
— Видите? Они издеваются надо мной, — пожаловался сонзера. — И я вовсе не прочь… ну, там… справедливость, будущее и всякое такое.
«С чего-то надо начинать», — Ахин выдавил из себя подобие улыбки:
— Мы рады всем неравнодушным к судьбе мира. Хоть нас пока еще немного, но вскоре все изменится. И ты положил этому начало… Диолай, да?
— Да! Я из…
Рассказ сонзера оказался длинным и коротким одновременно, как бы парадоксально это ни было. Вместе с тем в нем практически полностью отсутствовал смысл и какая-либо логика повествования. Как будто каждое последующее предложение являлось началом новой истории, но… В общем, что-то Диолай о себе все же рассказал. И этого хватило, чтобы Ахин уже пожалел о решении позволить незадачливому бандиту присоединиться. Недаром рассудительный демон хотел избавиться от него.
— Понятно, — протянул одержимый. — Мое имя Ахин. А это — Аели.
— Ахин, Аели. Ага, — чересчур активно закивал Диолай. — Главное, не перепутать. Вам кто-нибудь говорил, что у вас имена похожи? Ладно, неважно, надо запомнить. Я если запоминаю, то уже навсегда. Но иногда могу не так запомнить. Буду тогда называть неправильно, у меня всегда так получается — как решил, так оно и будет. Даже если все иначе. Хотя чаще бывает именно иначе.
— У нас еще будет время пообщаться, — поморщился Ахин. — Нам пора. Мы как бы в бегах.
— В бегах. Понял. Все, молчу, — сонзера снова несколько раз кивнул с такой силой, что возникал вполне реальный риск сломать себе шею, и торопливо подошел к одержимому: — Ну, идем? Кстати, куда идем-то?
Саалея, до сих пор нервно мнущая руку Ахина, подалась вперед и заглянула в лицо друга, обменявшись с ним многозначительными взглядами. Но, кажется, ничего изменить уже нельзя. Медленно выдохнув, она повернулась к Диолаю и продемонстрировала самую милую фальшивую улыбку, на какую только была способна профессиональная куртизанка. Тот осклабился в ответ.
«С чего-то надо начинать», — повторил про себя Ахин.
Тем временем бандиты, тихо переговариваясь и бросая косые взгляды на тощий заплечный мешок беглецов, тронулись с места и уныло побрели в сторону тракта. Больше никто из них не изъявил желание присоединиться к борьбе одержимого. Их жизнь, конечно, ужасна, но не настолько, чтобы соглашаться на столь изощренный способ массового самоубийства.
— Куда вы направляетесь? — спросил у уходящего демона Ахин.
— Тебе это незачем знать, — не оборачиваясь ответил тот.
— Ты так и не скажешь свое имя?
— Нет.
— Ну… Удачи. Может, еще свидимся.
— Надеюсь, что нет.
Повинуясь приевшейся привычке, одержимый в очередной раз тяжело вздохнул и посмотрел на своих спутников. Аели, так и не отпустившая его руку, тихонько сопела, опасливо поглядывая на бандитов. Диолай же нетерпеливо переминался с ноги на ногу, растерянно озирался и самодовольно усмехался. Видимо, он испытывал самые противоречивые чувства из-за принятия судьбоносного решения.
— Нам надо еще что-то обсудить? — раздражающе бодро спросил сонзера. — Как-то определить мое место в нашей банде… нет, в армии. Армия же будет? Или уже есть, просто ты это скрываешь? А-а-а, ты мне пока не доверяешь. Я понимаю, доверие надо заслужить.
