— И это большой дом. Больше остальных. Хм… — она вскинула вторую руку и изобразила на лице самую невинную улыбку, на какую только была способна бывшая куртизанка.
— Допустим, — опять согласился Ахин, с подозрением глядя на нее.
— И в его окнах до сих пор горит свет, потому что у старосты еще остались какие-то дела.
Закатив глаза, Аели скорчила нарочито задумчивую гримасу. Она точно издевалась над одержимым. И ей это нравилось.
— Продолжай, — буркнул Ахин. — А лучше — заканчивай.
Устало вздохнув, саалея опустила руки, одарила друга долгим уничижительным взглядом и показала изящным пальчиком на дом, у ограды которого они стояли все это время. Рядом висела табличка с надписью: «Староста Бирна Орин».
— Благодарю, — невозмутимо произнес одержимый, открывая калитку.
Во всяком случае, ему хотелось верить, что это прозвучало невозмутимо. На деле же его голос предательски дрогнул под тяжестью стыда, который почему-то был проигнорирован темным духом. Быть может, не такая уж это и отрицательная эмоция.
Самодовольно улыбающаяся Аели пошла следом за одержимым. Она чувствовала себя вполне удовлетворенной, причем настолько, что даже не обратила внимания на искреннее: «Так нам сюда, что ли?» — Диолая, плетущегося позади.
Ахин негромко постучал в дверь костяшками пальцев. Прислушиваясь к приближающемуся звуку пошаркивающих шагов, он подумал, что никогда прежде по собственной воле не приходил в дома созданий Света. В его представлении это почему-то должно было стать чем-то особенным. Однако в действительности он просто постучался, не испытав при этом ничего необычного. Все казалось немного неестественным, но от того не менее нормальным, что удивительно. Похоже, в какой-то момент одержимый окончательно запутался в устройстве мира и взаимоотношениях между созданиями Света и Тьмы.
Дверь приоткрылась — она даже не была заперта, потому что местные, судя по всему, не боялись ни воров, ни, каким бы странным это ни показалось выросшему в Темном квартале Ахину, своих соседей — и пожилая сухонькая женщина с небольшим светильником, быстро мазнув подслеповатым взглядом по незваным гостям, устало пробормотала:
— Никаких посетителей по ночам. Хотите договариваться о торговле — приходите утром. Постоялый двор там, — она нарисовала в воздухе дугу с небольшим хвостиком: — Пройдите по дороге прямо, а там свернете налево.
Старушка уже была готова захлопнуть дверь прямо перед носом немного растерявшегося Ахина.
— Постойте! — опомнился одержимый, схватившись за массивную ручку и резко дернув ее на себя. — Мы не торговцы.
Едва не выпав наружу, женщина возмущенно охнула, прокудахтала какое-то проклятие и наконец, приподняв светильник повыше и сощурившись, посмотрела на пришедших. Теплый желтый свет выхватил из ночной темноты угольно-серую физиономию сонзера, недовольно скривившегося под тяжестью наполненного драгоценностями мешка, блеснул зеленоватыми переливами на волосах саалеи и потонул в жутких черных глазах одержимого. На крыльце стояли совсем не люди.
— Ой… — она попятилась назад, жадно хватая ртом воздух для крика о помощи, но в какой-то момент к ней пришло осознание, что страха перед заявившимися посреди ночи порождениями Тьмы вроде бы и нет. Испуг улетучился, словно чья-то незримая рука выдернула его как занозу. Однако, немного постояв вжавшись в стену, старушка все же негромко просипела: — Сынок…
Послышался глухой топот, и спустя несколько мгновений проход заслонила огромная гора мяса в человеческом обличии.
— Вот так откормили, — присвистнула Аели, широко раскрытыми глазами уставившись на кулаки размером с ее голову.
— Можно считать, что что-то пошло не так? — поинтересовался Диолай, судорожно сглотнув. — Только, знаешь, я, наверное, не буду лишний раз бить тебя по башке, Ахин. Этот тип явно справится лучше. Хотя нет, он тоже бить не будет. Просто раздавит тебе черепушку своей пятерней — и все.
— Мы пришли поговорить со старостой Орином, — поторопился объяснить одержимый, поняв, что догадка сонзера весьма близка к истине. — У нас есть выгодное предложение. Выгодное для всех.
Воздух у порога дома сжался от тишины. Кажется, бугай не понял Ахина. Или попросту не обратил внимания на его слова. Взгляд крохотных глазок на удивительно маленькой для такого огромного тела голове был прикован к саалее.
— Сынок, это что, бандиты?
— Девка… — произнес верзила низким утробным голосом. — Красивые девки не ходят с бандитами. А если ходят, то становятся уродинами. Нет, это не бандиты.
— Спасибо за комплимент, — Аели обворожительно улыбнулась. — Так мы можем увидеть старосту?
— Отец занят, — человек помялся. — Но, думаю, можете.
— Замечательно, — саалея изящным движением поправила непослушный локон. — Проводишь нас?
— Э-э-э… Да. Пойдем.
