— Да, лысых обезьян слишком опасно выпускать из загона. Сначала государство по кирпичикам разберут, а потом начнут фекалиями друг в друга кидаться. Люди ведь так обычно поступают, когда радуются, да? — Эберн брезгливо поморщился.
— Не стоит их так принижать. Они неплохие ремесленники и потребители, торговля с ними — весьма выгодное занятие, — немного остудил его пыл Абелар. — Однако вернемся к началу нашей беседы. Что-то происходит в Камиене, а мы не знаем что.
— И это направлено не против нас. А усиление городской стражи — лишь часть чего-то более крупного.
— Хотят темных прижать, — буркнул Вилбер.
И вновь глава Торговой палаты и эмиссар вопросительно посмотрели на него. Но на этот раз наводящих вопросов не потребовалось, все само довольно быстро встало на свои места.
— Начавшаяся чистка, ужесточение мер, городская стража… Пожалуй, тут у нас действительно все сходится в этом направлении, — подтвердил Абелар, озабоченно приглаживая длинные усы.
— Согласен. Но зачем атланам еще сильнее гнобить темных? К чему впустую растрачивать практически бесплатную рабочую силу?
— Ты это про бесов?
— Тьма с ними, с бесами, — поморщился Эберн. — Ну вырежут половину этих вонючих уродцев, от них не убудет. Плодятся как тараканы… Я имел в виду всех остальных. Думаю, скоро настанет их черед.
— А зачем?
— Вот и я спрашиваю — зачем?
В зале повисло молчание.
Не желая особо задумываться, Вилбер взял из вазы, стоящей посреди столика, яблоко и, не обнаружив рядом ножа, вынул из-за пояса тесак, предназначенный для нарезки врагов, а не фруктов. Аккуратно поделив спелый плод пополам, командир гвардии удивительно ловко выковырял сердцевину с семечками, рыкнув между делом:
— Просто атланы знают то, чего не знаем мы.
— Естественно, — закатил глаза Эберн. — Но что бы это могло быть?
— Мятеж, — пожал плечами Вилбер и разом откусил добрую треть яблока.
— Бунтарские настроения у жалких рабов? Это шутка? — скривился эмиссар, но мысли уже начали свое неумолимое движение, и вскоре от пренебрежения на кошачьей физиономии не осталось и следа.
— Не знаю, что насчет полноценного восстания, — задумчиво промурлыкал Абелар, с такой силой приглаживая усы, что они вот-вот должны были вырваться с корнями. — Но, полагаю, мы на верном пути. Атланы увеличили давление на порождений Тьмы, чтобы те не сделали… что-то.
— Это логично, — нехотя признал Эберн. — Хотят подавить в зародыше.
— Тогда понятно, почему они не подключили нас.
— Да, подумали о цене, которую мы запросили бы за оказание дополнительных услуг.
— Но нам нельзя оставаться в стороне, — заявил Абелар.
— Можно.
— Нужно, — поддержал эмиссара Вилбер.
— Нельзя, — твердо повторил глава Торговой палаты. — Это вопрос репутации.
Отношение прочих созданий Света к гатляурам — тема весьма деликатная. Хотя огромные прямоходящие кошки безусловно были светлыми существами, у фей и атланов всегда имелись некоторые сомнения в чистоте того Света, с которым связано естество гатляуров из-за их животной природы. Причем необоснованными эти подозрения назвать нельзя.
Правда, самих гатляуров не сильно волновало мнение о себе со стороны прочих светлых созданий, однако возникшая на почве сомнений предвзятость порой вредила деловым отношениям. А вот это уже проблема.
— Предпринимать какие-то действия, распылять силы, работать в непроверенном направлении с непонятными условиями… — растягивая слова, перечислил Эберн. — Если будем гоняться за репутацией с таким раскладом, то рискуем лишиться кое-чего более важного — прибыли из проверенных источников.
— А на что тратить деньги бесправным существам? — поинтересовался Абелар. — Ибо таковыми мы и станем, если не позаботимся вовремя о нашем статусе в Атланской империи.
— Если у бесправных существ будут иметься деньги, то права можно купить, — парировал эмиссар.
— Слишком дорого. Особенно если учесть, что этих трат можно избежать.
— Дорого, да? А участие непонятно в чем — опасно! — Эберн подался вперед. — Как это скажется на жизни общины? Ты об этом подумал?
— Подумал. Но пока мы не разобрались в чем дело, сложно сказать что-то более конкретное, — произнес Абелар, оставив наконец усы в покое. — Одно я знаю точно — бездействие не принесет нам никакой пользы.
— А действие может нанести ущерб.
— Или нет.
— Или нет…
В просторном зале вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь хрустом тщательно пережевываемого яблока. По недовольной рыжей морде Вилбера можно было понять, что он бы сейчас с удовольствием запустил клыки в окровавленное тело еще трепыхающегося олененка, но ему приходилось сидеть, жевать безвкусный плод, думать о чем-то…
— Как поступим? — прорычал командир гвардии, чтобы поскорее разобраться с надуманной проблемой и пойти съесть что-нибудь посущественнее.
Глава Торговой палаты бросил многозначительный взгляд на Эберна:
— Наш эмиссар обратится к правительству, сделав вид, что мы в курсе происходящего, и предложит услуги гвардии. Я надеюсь, ты справишься?
— Решение уже принято?
— Принято.
— Тогда справлюсь, — буркнул черный гатляур. — Но что, если мы вмешиваемся не в свое дело?
