— Серьезно? Не шутишь? — откровенно переигрывая, изумилась Аели. — Мы шли-шли, никуда не пришли, и вот ты решил, что нам надо идти дальше. Тяжело, наверное, было догадаться, да?
— Давай не будем ссориться на ровном месте.
— Ах, на ровном месте? — прошипела саалея, отвернувшись от Ахина. — Да меня вообще не должно здесь быть, если уж на то пошло. Это ты виноват — сунулся в сомнительную аферу безумного старика и его слабоумного сынишки, а страдаю теперь почему-то я. Еще Фип куда-то пропал. А Биалот? Помнишь Биалота? У нас был такой друг, молодой сонзера. Знаешь, почему он погиб?
— Послушай…
— Нет, это ты послушай, — Аели вскочила и впилась змеиным немигающим взглядом в одержимого: — Ты потащил их за собой в квартал фей. Ты перевернул мою жизнь с ног на голову. И ради чего? Ты даже не подумал, что под удар могут попасть последние существа в этом проклятом мире, которым ты не безразличен!
— Ошибаешься, — Ахин поднял на нее глаза, и в тот же миг их абсолютная чернота поглотила обиду, немощное отчаяние и сожаления саалеи. — Я думал о вас. Я думал о лучшем будущем. И рискнул.
— О, да. И как, лучше нам живется теперь? Стоило оно того?
— Нет, не стоило, — решительно ответил одержимый. — Но я сделаю все, чтобы наши старания и жертвы не стали напрасными.
«Громкое заявление, — он еле сдержал угрюмый смешок. — И весьма нелепое. Сейчас ведь, находясь на грани голодного обморока, самое время разговаривать о необходимости жертв ради достижения великой цели и спасения мира».
— Ты…
Саалея выдохнула, так и не договорив, небрежно махнула рукой и подсела к нему. Она не могла подолгу злиться на друга. В конце концов, Аели прекрасно понимала, что одержимый действовал из благих побуждений. Получалось не очень хорошо, но он все же пытался.
— Я тебе мешаю, — пробормотала саалея, накручивая темно-зеленый локон на тонкие пальцы. — И дальше буду мешать еще больше. Сражаться не умею, умом не блещу, характер скверный. Родилась проституткой, росла проституткой и жила проституткой. Умру, наверное, тоже проституткой.
— Нет, это уже в прошлом. А в будущем, которое мы построим, каждый сможет заниматься тем, чем хочет. Во имя всеобщего блага.
«Как же слащаво. Говорю, а самого аж тошнит».
— Вот видишь — у тебя есть цель, ты к ней стремишься, — вздохнула Аели. — А я? Я просто пытаюсь выжить, даже не понимая — зачем… Я мертвый груз, помеха на твоем пути.
— Хватит нести всякую чушь, — одержимый встал и раздраженно прошелся взад-вперед, хрустя сухими ветками под ногами. — То ты язвишь, то злишься, то погружаешься в уныние. Соберись! Нам еще многое предстоит сделать.
«Мне бы так кто-нибудь сказал, — поморщился Ахин. — Решительности не хватает. Все кажется каким-то сложным, нелепым, глупым и неправильным. Делаю одно — всплывают одни проблемы, делаю другое — другие. И все становится только хуже, хуже и хуже».
— Я бы рада, но ничем не могу тебе помочь, — пробормотала саалея.
«Это нытье — и мое, и ее — может продолжаться вечно».
— Так, что-то мы засиделись, — одержимый резким движением поправил ремень заплечного мешка: — Пойдем отсюда.
— Ой, уже уходим? — наигранно расстроилась Аели. — Давай останемся здесь. Ну пожа-а-а-луйста. Посмотри, какая красота вокруг. Мертвые деревья и… и все. Восхитительный пейзаж. Мы впишемся.
Язвительность — пусть и немного неестественная — вернулась к ней поразительно быстро.
— Вставай, — терпеливо произнес Ахин. — Нам надо идти в Пустоши. Найдем демонов, а там — посмотрим.
— Ага, замечательно. Только у меня тут три вопроса появилось.
Одержимый вздохнул и кивнул.
— Во-первых, еда и вода, — Аели указала на тощий мешок, болтающийся у юноши за спиной. — Мы просто помрем в Пустошах, если пойдем, так сказать, налегке.
— А у нас нет выбора, — развел руками Ахин. — Возвращаться на север, чтобы раздобыть припасов в какой-нибудь деревушке, слишком опасно. Армейские патрули точно нападут на наш след. На западе болота, и хотя живности в них водится очень много, сперва попробуй отличи, что там смертельно ядовитое, а что просто ядовитое. Про воду я даже говорить не буду. На юге — дремучий лес. Есть в нем населенные пункты, но они хорошо охраняются. Почему? Потому что там в округе обитают зверолюды из числа созданий Света — какие-то дальние родственники нынешних гатляуров — и порождений Тьмы. Они деградировали, утратили последнее сходство с цивилизованными расами и начали вести животный образ жизни. Целые стаи диких и кровожадных существ, для которых мы — добыча.
— Ладно, я поняла. Остаемся без еды, — не стала спорить саалея, обреченно покачав головой. — Тогда второй вопрос — как ты собираешься искать демонов?
Одержимый достал книгу Киатора и в очередной раз пролистал главу, посвященную темному кочевому народу. Ничего нового. Важным был лишь тот момент, что в сезон сбора урожая демоны подходили очень близко к границе Пустошей, чтобы совершить два-три набега на близлежащие поселения людей. Время года подходящее, однако предугадать, где именно они остановятся, практически невозможно.
Вздохнув, Ахин забросил книгу обратно в мешок.
