Если бы был выбор, Дима бы не стал спать ни с кем, пока не построит такую карьеру, что уже никто не посмеет вякнуть. Но выбора не было и быть не могло.
- Я сам его выбрал, - проговорил Дима вслух и прикусил нижнюю губу. – И знал, что это будет непросто.
В памяти всплыл недавний разговор с Александром по телефону. Дима медленно прокрутил его туда-сюда, несколько раз. Уютный… да, то самое слово, которым можно описать его. И не было никаких проектов, никаких карьер. Просто – «я по тебе скучаю».
Дима улыбнулся своему отражению и напиваться расхотелось. Они, все те, кто вокруг, ничего не понимают и не могут понять, потому что это их не касается, это только для двоих. А остальные могут идти лесом.
Часть 9.Возвращение.
Дима почувствовал лёгкое першение в горле ещё в четверг утром и наивно полагал, что это фигня. К вечеру градусник вынес смертный приговор – 38 и 5. Вот тебе и вся радость жизни. Залив в себя всё, что только можно было залить из лекарств, Дима подумал, что прыгающие по потолку черти – это явно лишний элемент дизайна в квартире. Сначала он даже посмеялся над своими неожиданными глюками, а к трём утра стало страшно. Нужно было вызывать скорую помощь, где-то на периферии сознания понимал Дима, но встать с кровати было равносильно поднятию вагона с щебнем.
- Высокая температура, - говорил Дима в трубку и уже не понимал, где он находится. Главное, что комод, о который он опирался рукой, стоял на земле твёрдо.
- Насколько высокая? – равнодушный мужской голос на том конце провода придавал сил и не позволял разомлеть совсем. За Диму никто отвечать не будет, и этот мужик-скороспасатель не приедет, если ему не ответить чётко, кратко и по существу.
Дима достал градусник из подмышки и автоматически повторил то, что он показал:
- 39 и 8.
- Выпейте таблетку парацетамола и одну таблетку анальгина. Это собьёт температуру. Назовите ваш адрес, дежурный врач подъедет в течение часа.
- Улица Пушкина, дом 8, квартира 79. У нас там внизу домофон. Позвоните, я открою.
- Вы живёте один?
- Один.
- Старайтесь не засыпать, пока температура не спадёт.
Мужик вроде даже посочувствовал, как показалось Диме. Хотя, быть может, ему просто хотелось этого. Чтобы хоть кто-то оказался рядом и посочувствовал. Посмотрев на замолчавший телефон, Дима чуть не заплакал от обиды и жалости к себе. Может, позвонить Вике? Она прекрасно разбирается во всяких болезнях, определённо что-нибудь посоветует… Но не в три часа ночи, когда она спит в обнимку со своим директором, одёрнул себя Дима и плюхнулся на диван. Плакать расхотелось, нужно было сосредоточиться на таблетках. Анальгин и парацетамол. Надо вылечиться как можно скорее, иначе все выходные пойдут насмарку. Александр не будет возиться с гриппозным организмом, а если и будет, что больше похоже на фантастику, Дима умрёт на месте от стыда.
- Давно бы уже умер, если бы это действительно так было, - таблетка смотрела на Диму белым круглым глазом и выражала согласие по любому поводу. – Постоянно в невменяемом состоянии… То квасит, то болеет, зашибись какой любовник!
Дима понимал, что нужно набраться спортивной злости и не позволять вирусам атаковать его тело. Где-то он читал, что человек болеет, потому что хочет болеть. Он программирует себя, заряжает свои клетки энергией, которая притягивает вирусы и позволяет им размножаться. А если человек может программировать себя на болезнь, значит, существует и обратный процесс.
- Я здоров. Я самый здоровый из всех, - бормотал Дима, мотаясь по кухне в поисках чайника с кипячёной водой. – Здоровый, как бык…
Голова кружилась, и всё тело колотила лихорадка. Охренеть! У него же температура под сорок, дошло наконец до Димы. Ещё чуть-чуть и можно помереть…
- Так, быстро выпил таблетки и лёг в кровать!
Командовать собой – это что-то новое. В мозгу болезненно пульсировало, и сознание само по себе стало рисовать картины того, кто мог бы командовать Димой. Диме казалось, что он слышит его шаги в коридоре. Он приехал раньше времени, потому что почувствовал, что ему плохо. Дима вернулся в комнату, но там было пусто. Теперь шаги слышались в кухне, Александр что-то готовит, определённо. Но сил на то, чтобы пойти посмотреть, у Димы не было. Он закрыл глаза и почувствовал, как прохладная рука провела по воспалённой коже на лбу, потом пальцы ласково помассировали виски и вернулись на затылок.
- Люблю тебя, - слышал Дима над самым ухом и улыбался, не открывая глаз. Он чётко знал, что комната пуста, поэтому решил, что пусть лучше будет так, как в сказке, пока температура не спадёт. Такие приятные глюки…
Дима проснулся в два часа дня и вспомнил про скорую, которую вызывал ночью. Интересно, что они подумали, если вообще приезжали? Наверное, решили, что пациент скорее мёртв, чем жив, поэтому скорая тут уже не поможет. Да и фиг бы с ними, нужно было срочно звонить Лиде и вновь просить его отмазать.
