Даже когда у меня начались проблемы со спиной, я не чувствовал себя так плохо. Там я был просто бесконечно напуган, а когда все более или менее нормализовалось - плакать оказалось уже поздно. Но, кажется, вселенная - даже чужая - любит равновесие.
Казалось, что все напряжение, которое накопилось во мне за последний год, решило вытечь через глаза. Я плакал - беззвучно, прижавшись к Джус - всю дорогу до замка. Я плакал, пока меня везли до моей комнаты. Я плакал и там... и никак не мог остановиться. Слезы отпускали меня ненадолго... но стоило вспомнить разговор со старой женщиной, вспомнить, как развернулась и ушла Ласла, когда мы с ней завтракали, вспомнить о том, что меня в скором времени возможно ждет, так слезы сразу начинали катиться снова. Я прекратил всхлипывать только тогда совсем уже стемнело за окном.
Альти, все это время сидевшая рядом, гладила меня по волосам. Она бормотала что-то о том, что все будет хорошо, о том, что после слез мне должно стать легче. Иногда она начинала что-то петь - колыбельную, слова которой казались мне такими знакомыми. Иногда она тоже, кажется, начинала смахивать слезы. Но в конце-концов все кончилось.
И как только я решил - твердо решил - что хватит на сегодня грусти, в дверь постучались.
- Войдите, - измученно попросил я.
К моему удивлению вошла Ласла.
Ее появление заставило сердце предательски ухнуть в пятки. Я сразу вспомнил все свои грешки - и пошлину за вход в комнату, и безумные идеи по поиску безумного ученого, и помощь рыси, чей меч я все это время обнимал в своем истерическом припадке. Но королева, кажется, не была зла. Хотя кто знает, что пряталось под маской.
- Оставь нас, - приказала она Альти и та, быстро поклонившись, вышла из комнаты.
Стоило служанке скрыться за дверью, Ласла тяжело вздохнула и, сняв свою громоздкую маску-шлем, поставила ее на прикроватную тумбочку. Я вскользь заметил на ее лице задумчивое, чуть печальное выражение. Я ожидал, что она сядет в кресло, на котором сидела Альти... но королева примостилась на край кровати и, заглянув мне в лицо, погладила по волосам.
Это было... так пугающе и так неожиданно, что у меня на глаза снова навернулись слезы.
- Та женщина... она была счастлива... - выдавил из себя я. - И остальные. Вы все смотрите на меня и видите своего мертвеца. Я... только больно вам делаю. Будто я этого не понимаю. И мне самому от этого... так невыносимо...
Ласла еще раз тяжело вздохнула.
А мне... мне вдруг стало неприятно от самого себя. От тех мыслей, что мне хотелось бы выразить, но я не мог решиться. Но Ласла смотрела на меня так странно, с какой-то затаенной нежностью, что я решился. Решился, хотя и подозревал - ей эти слова не понравятся.
- Знаешь... ты возненавидишь меня за то, что я тебе скажу... но можно я уже скажу это?
- Говори, - благосклонно кивнула Ласла.
- Мне порой... так хочется быть этим вашим всеми любимым принцем... потому что я сам из себя ничего не представляю, - сказал я... и тут же до боли, до дрожи прикусил губу. - Мне и раньше казалось, что меня... попросту нет, не существую я... а теперь.... теперь...
Я уткнулся лицом в подушку, и Ласла снова прошлась рукой по моим волосам.
- Я не зла, - сказала она. - Но я не совсем понимаю, о чем ты. Объяснишь?
Я посмотрел на нее с надеждой, но поймал лишь усталый взгляд. Да... какая в конце-то концов разница. Завтра - она подпишет мне смертный приговор, а сейчас пришла, наверняка, чтобы что-нибудь о пире сказать. Мне так хотелось кому-нибудь выговориться, рассказать о том, о чем даже сестра не знала. И я решился.
- Можешь... дать стакан воды? - попросил я. - Объясню...
Ласла, одной рукой налила из прозрачного пузатого графина воды мне в высокий, стеклянный стакан. Налила, а потом, подумав, капнула туда пару капель снотворного, что в зеленом флаконе стояло тут же, на тумбочке. Протянула мне. Я выпил - в горле от слез пересохло - и выдавил из себя благодарную улыбку. А потом, вернув стакан на тумбочку, я начал:
- Знаешь... одно воспоминание очень... въелось в мою память. Потом, я сколько бы о нем не думал... мне все казалось, что именно оно меня подкосило. Там, у себя дома, я, прежде чем заболел, поступил в университет. Не знаю уж, есть у вас здесь университеты или нет...
- Есть, не отвлекайся, - прервала меня Ласла. - Это не так существенно. Просто говори, я пойму, даже если что-то будет не так, как у нас.
