— Те, кто оскорбил тебя давно умерли! — проигнорировав его причитания, продолжал я. — Если ты не остановишься в своих играх, тебе не с кем скоро станет играть. Так оставь ты уже эту землю в покое. Я здесь недавно, но видел многое. Видел, какие твои люди талантливые и трудолюбивые, видел, как они стараются. То, что они как-то выжили после наступления вечной зимы — настоящее чудо. Так отпусти их уже, уймись! Они усвоили свой урок!
Сверху раздался треск. Я попытался поднять голову чтобы понять, что происходит, но испуганный кронпринц вдруг вжал мой лоб в пол.
— Зажмурься, зажмурься… он… голову… он голову поворачивает. Один взгляд — и мы трупы…
Я зажмурился. На пол, рядом с нами, начали падать камни. Они не касались нас, но шумно, страшно опадали на землю.
— Глупец! — прошипел голос сверху — знакомый голос, который я слышал в маленьком чулане в Кош-Сурхе. — Как смеешь ты указывать мне что делать?
— Я? — усмехнулся я дерзко. — Мне нечего терять, я не боюсь смерти — слишком много я о ней думал, чтобы не смириться с ее неизбежностью. К тому же я и так знаю — вы меня убьете, так как я безбожник, еретик, дружащий с яхами. Так к чему плести льстивые речи в последние минуты, если я считаю, что вы — сволочь последняя?
— Идиот… — простонал кронпринц. — Ты идиот, пшеничный принц…
Змей захохотал. Захохотал так, что стены и пол задрожали.
— Ты достаточно развлек меня, кролик, — сказал он громко. — Я доволен. Я рад. Мне весело. Как же я давно так не веселился. А теперь я сделаю то, о чем ты так страстно меня просишь. Готовься, малявка!
Я не увидел этого, скорее почувствовал, как предо мной распахнулась зубастая пасть. Нас обдало холодным, полным трупного запаха дыханием, и змей нас проглотил. То, как стенки его желудка сомкнулись вокруг меня и кронпринца кофе, стало последним, что я почувствовал.
Журчала вода. Все тело будто кололо маленькими, тонкими иголочками, но было очень тепло, почти жарко. Самый блаженный сон на свете — сон, в котором я не голова, к которой приложено бесполезное тело, а целый человек. Вот руки и ноги, ими можно пошевелить. Сколько же раз мне это снилось? А вот голоса раньше в таких снах я не слышал. К чему в приятной грезе такой назойливый голос?
— Эй, пшеница… пшеница, просыпайся! Да тьма тебя накрой, давай уже!
И не тряс за плечи в таких снах обычно никто. Но есть же руки. Можно и попытаться отцепить от себя обидчика.
Это я и попытался сделать. Но рука оказалась слабая, онемевшая, она отозвалась болью на мое желание ей воспользоваться.
Именно от этой боли я и проснулся окончательно. Распахнул глаза и ощутил, как пальцы впились неуклюже в того, кто пытался меня разбудить. Этим кем-то оказался ошалевший от радости кофейный кронпринц.
— Ты двигаешься, свет! — почти со слезами на глазах сказал он. — У нас получилось! Получилось!
— Тише, тише, не кричи так, — зажмурился я от его пронзительного голоса. — К тому же нас съели, мы умерли и попали… хмн, интересно я в рай попал или к вашей свет-птице…
— Да ты посмотри вокруг, идиот! Смотри!!!
Я опять открыл глаза и осмотрелся.
Мы, оба совершенно голые, сидели в небольшом восьмиугольном бассейне прямо посреди храма василиска. От горячей воды к потолку поднимался пар, а вокруг валялись ошметки белого камня, похожие на осколки огромной лопнувшей вазы. Меня это обеспокоило. Я осторожно ухватился за край бассейна, высунул свою несчастную руку и негнущимися пальцами, со второй попытки, схватил черепок.
— Он… сбросил кожу… — заключил я, поднеся свою находку к лицу. — Но погоди… разве он нас не проглотил? Ты что-нибудь помнишь?
— Да столько же сколько и ты, то есть — ничего, — жизнерадостно сказал кронпринц, расплывшись в радостной улыбке. — Может, Василиск нами подавился?
— Вовсе нет, господин и не собирался вас есть.
Вздрогнув, мы повернулись на голос и я чуть не застонал. На меня смотрел мой ночной гость, хаях Василиска. Смотрел улыбаясь какой-то глупой, блаженной улыбкой. Поймав мой взгляд, он откинулся на бортик бассейна, погрузившись в воду по самую шею. Расслабленно так откинулся, руки на груди сложил, глаза прикрыл.
— Не волнуйтесь, все закончилось, — сказал он. — Мой господин больше вас не побеспокоит. Он вами доволен.
— Ну слава свету, — выдохнул кронпринц. — Хотя и не удивительно. Сказка-то закончилась…
— Сказка? — удивился я.
— Да, сказка, — ответил хаях. — Видите ли, сон Ганс, мой господин очень любит играть в оджу. Только фишки столь могущественному существу не интересны. Потому сказку о драконе и василиске он разыграл при помощи вам двоих.
— Погоди, вы что, меня все это время дурили? — напрягся я.
— Нет, упаси свет! — поднял руки кронпринц. — Этот парень, может, тебя и дурил, но я — такая же фишка здесь как и ты. Я догадывался правда, но эти догадки были из разряда «я сошел с ума».
— Поясни, — нахмурился я.
