— Значит, раб, — высказался Адриан, но поймав гневный взгляд Стоуна, тут же поправился. — Невольник. Бывший невольник. Мы задержали сегодня утром одного пьяного дебошира, ваше описание схоже с его внешностью.
Стоун велел страже привести из темницы дебошира.
Когда двое стражников втащили в зал храпящее тело, Кварло подпрыгнул и взволновано закричал:
— Это он, мой президент! Точно, он!
Стражники поставили узника на ноги. Тот очнулся и пьяным взглядом огляделся по сторонам. Из одежды на нём были только поношенные штаны.
— Н-да… — протянула Хелен и повернулась к Стоуну. — Это же начальник службы изъятия.
После этих слов шатающийся начальник изъятия громко рыгнул и выблевал на ковёр содержимое желудка.
Службу изъятия имущества неблагонадежных элементов в пользу казны иногда ещё называли сокращенно просто служимущ. Новая власть очень любила сокращения и сокращала практически все используемые словосочетания. Злые языки шутили, будто бы им просто сложно выговорить длинные словосочетания.
— Неловко вышло. — пробормотал Адриан.
— Но, позвольте, как же он служил в изъятии? — шокировано спросил Кварло, выпучившись на шатающегося полуголого пьяницу.
— Я его туда не назначал, — усмехнулся Стоун — Это его Ревсовет назначил.
Ревсовет или Революционный совет представлял собой совещательный орган, который был сформирован Стоуном и который выполнял различные мелкие поручения. Реальной власти совет не имел и состоял из восемнадцати человек, которые были набраны чуть ли не в случайном порядке. По шесть человек из каждого сословия: дворянство, купечество и крестьянство. Им было поручено поддерживать стабильность в городе и служить «гласом народа», члены обязаны были представлять интересы своего сословия. На деле же некомпетентные члены совета ничем кроме постоянных перепалок и фантазий не занимались. Стоун подумывал распустить совет, но он был необходим для поддержания иллюзии свободы и связи государства с народом.
Теперь уже бывшего начальника уволокли стражники, а купцу было даровано право беспошлинно торговать пурпурными красителями. Какое-никакое утешение, больше давать нельзя, так как урон его торговая компания понесла не такой значительный.
Приём продолжился, президент Стоун в течение часа выслушивал жалобы посетителей и поручал своим подчинённым их решить. Когда церемония закончилась и все разошлись, Стоун остался сидеть на троне, потирая виски и мучаясь от головной боли.
— Ваша терять время, сир Стоун. — К трону приближался узкоглазый низенький человечек в длинном халате из красного шёлка.
Рождер с раздражением посмотрел на него.
— Сиры в Вестеросе, а я не сир. Что вам нужно, Ли Чжуанцзы?
— Моя президент. — Азиат улыбнулся. — Помимо ещё одного договора дающего империи И-Ти право на беспошлинную торговлю чаем, моя привез сообщение от самого Императора.
— Ну и что ему нужно? Захватить очередной городишко? — Поморщился Роджер.
— Будьте добры соблюдать этикет, когда упоминаете Солнцеликого Императора, — оскорбился гость. — Императорское Величество обеспокоено тем, что вы слишком долго есть задержаться в Миэрине.
— Вы хотите, чтобы я разобрался с Астапором? Наверное, вы не в курсе, но это я и собираюсь сделать, — раздражённо процедил сквозь зубы Роджер.
— Нет, не Астапор. — Чжуанцзы помотал головой как болванчик. — Вестерос.
На несколько минут воцарилось молчание. Роджер размышлял. С одной стороны это был бы недальновидный шаг, который был продиктован страхом империи И-Ти перед растущим влиянием короля Джоффи и его аннексии Пентоса и Браавоса. Надо сперва закрепиться в Заливе Работорговцев и отточить механизм народовластнической системы управления здесь, а уже потом соваться в Вестерос.
Но, с другой стороны, Стоун безумно тосковал по Родине и уже физически не мог находиться в этой клоаке. Он знал, что в случае его вторжения в Вестерос, он будет всецело поддержан и-тийцами, поэтому есть немалый шанс, что у него всё получится. Шанс успеха вторжения в Семь Королевств подкреплялся супероружием, которое уже успел обозвать гром-палкой и огнеплюем.
— Хорошо, — сказал Стоун после раздумий. — Через две недели мы отправимся в Вестерос и вернём его.
Азиат почтенно поклонился, но поправил Роджера:
— Вы хотели сказать, завоюете его во славу Императора?
Ли Чжуанцзы направился к выходу, постоянно кланяясь.
Роджер понимал, что пока не время ссориться с империей И-Ти, но скоро они почувствуют гнев Стоуна на себе.
Через две недели со всего Миэрина было собрано продовольствие и хоть сколько-нибудь боеспособная армия. Корабли любезно предоставили и-тийцы, а моряками посадили местных миэринцев, знакомых с морем. Роджер оставил в городе полторы тысячи человек гарнизона и своего наместника из числа наиболее верных вольноотпущенников. Если дело выгорит, то у него всегда есть куда вернуться и где начать заново.
Ли Чжуанцзы плыл с ними. Он должен был следить за действиями Стоуна и сообщать о всём Императору. При этом он совершенно не скрывал, что является осведомителем.
