Дальше вместо групповой перестрелки, началась индивидуальная схватка с каждым жуколовом. Мужчины не успели сменить оружие, поэтому многие из них принялись сходу сражаться луками и стрелами.
Пару жёстких ударов деревянной дужкой в брюхо не позволили снять кузнечика-переростка. Тогда всадник повесил лук на рог барана и освободившейся рукой схватился за переднюю луку, добиваясь большей устойчивости в седле. Второй конечностью он сжал древко стрелы и принялся рьяно всаживать стальной наконечник в бочину жуку. Брызги гемолимфы полетели на всё вокруг. Пробитые насквозь внутренние органы переставали функционировать. И всё же шипастые лапы продолжали сдавливать обнятого боката.
Другой ловчий, скачущий позади, невзирая на сидящее на нём, громадное создание, умудрился вложить стрелу в лук и выстрелить. Снаряд вонзился в бок слуги, окупировавшего голову другого гуманоида.
«Э-э нет, стрелять ты не будешь…» — подумал мыслительный центр.
За данного стрелка попрыгун ухватился крайне удачно. Жучара с огромной пастью имел возможность проглотить его черепушку. Кузнец поместил верхнюю половину головы боката в ротовую полость и сдавил её челюстями. Мягкий шлем защищал от острых зубов, но не от оказываемого давления. В итоге жуколов завопил от боли и задёргался. Если так пойдёт дальше, его черепная коробка попросту лопнет!
Остальным кузнечикам с зацепом повезло меньше. Они могли укусить противников, но из-за брони это не дало бы существенного результата. Тайный же план Фёдора заключался не в смертельных обнимашках с зелёными и фиолетовыми шипастиками. Со спин прыгунов, на тела наездников начали перемещаться глинотелы. Занятые схваткой жуколовы почти не замечали данного факта и не оказывали ему должного внимания. Ну а притворщики просачивались под длинные воротники шлемов и проникали под спецкостюмы. Там они забирались ещё глубже, под нательную одежду гуманоидов. В этот момент мужчины замечали неладное, но было уже поздно. Избавиться от вторженцев мешали их большие прыгучие братья.
Вдоль спины глинотелы спускались к пояснице бокатов. Оттуда бесцеремонно залазили им в зад, то бишь прямиком в прямую кишку. Мужчины пытались защититься, стискивая ягодицы или прижимаясь к седлу. Но в отличии от рта, там не было зубов, поэтому эти приёмы не сильно помогали.
«От таких глистов, не помогут таблетки, ах-ха-ха-ха-ха!» — подумала королева — «Инорой до такого не додумался, правда? Иначе вы бы уже придумали какую-нибудь защитную пробку, а-ха-ха-ха-ха-ха!» — мысленно веселилась мать Роя.
Когтями и зубами жуки раздирали внутренние мягкие ткани, вызывая кровотечения. Затем чудовищные глисты раздувались шаром, разрывая анусы вражеским бойцам. Всё это не сулило ничего хорошего ни одному из воителей. Ну и конечно мешало им сосредоточиться на битве, здесь и сейчас. Экстримальный фистиг в исполнении ненавистных насекомых — уж к чему-чему, а к такому бойцов Гильдии жизнь не готовила.
Крики и кряхтения вызванные телесными страданиями заполнили пространство вокруг грохочущей колесницы.
У слуг попавших на повозку были свои развлечения. Бокат перепрыгнувший с подбитого барана на клиновидную крышу забрался на конёк. Сидя на нём, он покарабкался к переднему краю, по всей видимости, чтобы спуститься на короб к кучеру.
До конца конька добраться боец не успел. Сбоку в него с разгону врезался кузнец и этим толчком вынудил гуманоида кубарем покатиться вниз. Естественно жука понесло вместе с противником. В последний момент жуколов вонзил кинжал промеж досок и не дал себе сорваться с тележки. Ноги его свесились с края и почти доставали до проносящейся внизу грунтовки. Прыгун у него на спине попытался раскусить гуманоиду башку. Силёнок не хватило, а ловкий охотник тем временем забрался обратно на крутой скат.
Пользуясь шипами на лапах, насекомое быстрее боката забралось на верхотуру, затем развернулось и раскрыло пасть. Ловчий на четвереньках взбегал за ним следом, но повозка под ногами предательски подскочила на камне и он упал, снова цепляясь кинжалом за доску. В следующее мгновение мужчина повис одной рукой на воткнутом острие и отклонился вбок. Если бы не это движение, болт вонзился бы ему прямо в лоб, а так встрял в грудной клетке.
До слуха слуги донеслись стоны противника прозвучавшие под шлемом. В дальнейшем ловкач отказался продолжать противостояние в таких условиях. Пользуясь кинжалом он покарабкался по наклонной поверхности, к переднему краю кареты, дабы наконец перелезть на ровное основание. Кузнечик резко прыгнул вперёд, нанося оппоненту таранный удар, лоб в лоб. Тот слегка сполз вниз, но за счёт зацепа клинком и трения стёганки о доски удержался.
Насекомья лапа вонзила шипы в кисть сжимающую рукоять и попыталась открепить стальной коготь. Это не понравилось бойцу гильдии. Свободной рукой он нанёс левый хук прямо в большой глаз насекомого. Один! Второй! Третий! На четвёртом, его кулак перехватила шипастая лапа. Гуманоид дёрнул конечность на себя и освободил перчатку от игл.
