Две осы подлетели к переду тележки и взялись лапами за вожжи повешенные на воткнутую стрелу. Осознав какие ужасные последствия это сулит, возничий забыл о стрельце и метнулся к летающим насекомым. Тогда кузнечик прыгнул вперёд, схватил гуманоида пастью за штанину и потянул на себя, выигрывая сестричкам время.
Летуньям удалось похитить вожжи и взлететь с ними вверх. Теперь они управляли упряжкой, а не кучер. Оставалось лишь потянуть за кожаные ремни в сторону и направить баранов в кювет.
«А вот нефиг было отвлекаться от своих прямых обязанностей на стрельбу.» — самодовольно подумал коллективный разум.
Лёгкую победу внезапно обломали наездники из сопровождения. Один из них, игнорируя кузнечика на теле, отцепил ремень от уздечки левого переднего тягача. Другой всадник, попытался сделать то же самое с правой стороны, но прилетевшие осы ему помешали. Тогда воин просто достал меч и отрубил вожжи. Учинив это, он услышал какие-то злобные ругательства со стороны своего коллеги.
«Придурок, как вы теперь будете управлять повозкой, уха-ха-ха-ха!» — мысленно рассмеялась королева.
Левому жуколову хватило мозгов не отпускать отстёгнутый ремень, чтобы его не унесли осы. Две летуньи потянули вожжи вверх, но всадник крепко сжимал их в руке. Фёдора это взбесило. Он добавил на свою сторону ещё десять ос и выиграл в перетягивании каната.
Рой тут же воспользовался добытым длинным ремнём. Кружа около головы барана летуньи наматывали вожжи на рог ведущего тягача. И без крепления к уздечке козерогов можно было вынудить повернуть, если дёрнуть достаточно сильно…
Раскусив план насекомых, левый всадник потянулся к мечу. Зазвенела сталь доставляемая из ножен. В следующий миг, шипастая лапа зацепилась за рукав и силой вставила клинок обратно. Сперва требовалось избавиться от объятий кузнечика, а потом пытаться сменить оружие.
Правый наездник, колотя пятками по рёбрам скакуна, пытался сместиться к тягачу, за рог которого привязывался ремень. Уж он-то умеет, не задумываясь, рубить вожжи и с удовольствием сделает это снова.
К своему несчастью этот удалец в пылу битвы позабыл, что следить нужно не только за состоянием повозки, но и за собственными поводьями. Подлетевшая оса дёрнула за уздечку, вынуждая барашка резко повернуть. В результате козерог замедлился и оказался прямо на пути у шестёрки сородичей. В упряжку специально подбирали самых крупных и выносливых… Здоровенный баран на всём ходу протаранил лбом таз другого парнокопытного, отбросив его и завалив на бок вместе с гуманоидом в седле.
Осы натянули привязанный ремень, оказывая давление на голову одного из ведущих тягачей. Несущаяся с огромной скоростью, тяжеленая конструкция начала смещаться к обочине.
Левый всадник снова попытался достать меч, и опять кузнечик не дал ему этого сделать. Тогда бокат очень сильно рассердился и в сердцах вонзил пальцы свободной руки в глаз насекомого. Следующим движением жуколов вырвал прыгуну глазное яблоко. Шипящий от боли слуга замахнулся и в ответ ударил противника лапой по лицу. Одна из игл угодила в глазную прорезь и пробила глаз ловчего.
— Р-р-а-а-а-а-р!!! — завопил сквозь маску мужчина.
Брызги крови выплеснулись наружу через глазную щель.
А тем временем, между упряжкой и обочиной становилось уже тесновато. Спецотряд бокатов был в секундах от катастрофы…
Как вдруг левый всадник воспользовался другой рукой и таки вынул клинок, вопреки противодействию жука. Рубить обратным хватом было неудобно, поэтому мечник подбросил оружие и на лету перехватил его другой стороной. А дальше один взмах и давление десяти тянущих в сторону ос прекратило оказывать влияние на голову ведущего козерога. Скачущие бараны интуитивно вернулись на центр грунтовки.
«Ах ты ублюдок!!!» — рассердилась королева, агрессивно вгрызаясь в кишки этого жуколова глинотелом.
Впереди, на горизонте, между двух зеленеющих стен леса показались первые поля окружавшие столицу Белого Древа. Наёмники были близки к цели.
«Ну всё, довольно!» — разозлилась мать Роя — «Хватит детских игр. Теперь воюем по настоящему!»
Пользуясь преимуществом в скорости осы обогнали процессию и умчались вдаль. Там они нашли достаточно высокое дерево у дороги и принялись грызть его ствол у самого основания. Когда к этому месту докатилась утратившая управление карета все летуньи навалились на крону, толкая её в сторону проезда.
Заскрипела древесина переклоняющегося колосса…
«Кавабанга!» — подумал перерожденец.
Дерево уложилось в аккурат между упряжкой и модернизированной тележкой. От столкновения на большой скорости кузов мгновенно раскурочило. Ремни сбруи вонзились в тела козерогов. Некоторые шлейки попросту порвались, не выдержав напряжения. Вся шестёрка баранов почувствовала на себе последствия моментального торможения и повалились с ног. Где-то между сминающихся ветвей исчезло тело полетевшего вперёд кучера. Когда чудовищный грохот утих, в воздухе вокруг места аварии звучало лишь монотонное жужжание…
