Кивнула. Очень неловко. Злость, обида и страх отступили. Не сказать, что окончательно, но все же. Он перестал меня раздражать. Наверное это не очень хорошо. Но как есть. Ни у кого не хватит сил постоянного кого-то ненавидеть, от кого-то шарахаться. Особенно, если с тобой ведут себя нормально. Все забывается.
— Сегодня важный день для тебя, — пристально посмотрел на меня Ирвин.
Я подняла вопросительно бровь.
— Эрик обещал тебе имя рода. Он планирует дать его сегодня. Отличный день для этого. Так что готовься.
— К чему?
— Ты хоть знаешь, что такое имя рода? — теперь пришла его очередь поднимать брови и всячески удивляться. Ибо я отрицательно покачала головой.
Итак, имя рода, оказывается, штука важная, если верить словам Ирвина. Это не просто фамилия, которую можно поменять или приобрести выйдя замуж, как у нас. Совсем нет. Таким образом тебя принимают в семью, дают тебе родовую защиту и ты обретаешь равные права со всеми членами рода Ардаган. Королевского рода, между прочим.
Мне поставят метку, это специальная татуировка. Она забирает много сил и весьма болезненна, но зато я смогу всегда обменяться Силой с кем-то из своего рода, поддержать или получить поддержку. И показать эту метку, если кто-то попробует на меня напасть или навредить, тем самым предупредив о том, что их будет ждать возмездие за меня от рода.
Словом, бонусов и плюсов более чем достаточно, это понятно. Вот только непонятно, с какой радости мне такая честь? Вот уверена на сто процентов, что не каждую наложницу так… да, не удивлюсь, если еще ни одной не досталось имя рода. Что же во мне особенного? И если эта особенность есть, тогда вполне понятно, почему меня хотят убить.
Но долго размышлять у меня не вышло. Пора было идти. Оказывается для этого не нужно было никакой особой подготовки. Мы пришли в небольшую комнату, где нас ждали уже Эрик и Кай. Король коротко прочитал что-то вроде устава или наставления роду. Мол, мы должны служить Мерсонересу, хранить Силу в себе и приумножать величие рода и страны. Очень вдохновенно получилось, надо отдать должное.
А вот после началась пытка. Мужчины стояли и молча смотрели, как мне, на шее, делали что-то вроде татуировки. По крайней мере игла особой формы, краска наводили на эти мысли. А ощущения… ох, это было ужасно. Боль. Не просто сильная, мерзкая, зудящая, будто все тело прошивало электрическими разрядами.
Кажется голос я сорвала в первые минуты, дальше просто хрипела и сипела. Они стояли и смотрели на меня. Наверное, я даже теряла сознание время от времени, но молчаливый мужик, который и творил со мной это изуверство, пихал мне что-то под нос, видимо, подобие нюхательной соли, и я приходила в себя. И он при этом ни на секунду не останавливался.
Наконец все закончилось. Самостоятельно подняться со специального кресла, где все это производилось, не вышло. Но никто жалеть и утешать меня не торопился. Наоборот, Эрик сдержанно, но, вроде бы, искренне поздравил, расцеловав и сдал на руки братьям.
Не помню, как дошли до покоев. Вроде бы кто-то меня укладывал спать, чем-то поили. Все как в тумане. По телу все еще гуляли электрические разряды. Наконец я отрубилась окончательно.
В конце недели будет прием по поводу свежеиспеченного Ардаган. Меня, то есть. Стоило мне об этом подумать, как тут же заныла круглая, размером с пятак, ранка на шее. Она уже начала приобретать очертания символа рода, но пока больше походила на ожог. Ее нельзя подлечить магией никак. Придется терпеть и все. Пока сама не заживет.
Я стояла и смотрела на Ирвина в упор. Мне нужны ответы.
— Ты сама по себе — особенное, — с игривой улыбочкой ответил он, — только и думаю, когда же, наконец, толком распробую, — мечтательно закатил глаза.
Интересно, если я врежу своему господину, то это будет сильно большой проступок? С другой стороны права у нас, вроде бы: равные…
— Господин Ирвин, вы…
— Тебе не надоело еще? — покачал головой маг, — хватит выкать. Если уж смеешь задавать мне такие вопросы, которые никакая невольница не посмеет даже вообразить себе, то уж можно, пожалуй, воздержаться и от остальных церемоний.
— Можно. Я не верю ни единому твоему слову, — уперла руки в боки я, — есть что-то, что мне никто не говорит.
— Значит и не скажут, мое сокровище, — все так же сладко пропел маг.
— Я должна знать!
— Ты должна ублажать меня в постели, — подался вперед Ирвин, — и изо всех сил стараться в этом вопросе. Но этого ты не делаешь! Зато вопросов — бесконечное количество.
Я практически зарычала от бессилия и обиды.
— Советую тебе заняться выбором платья, — подытожил он.
Я сжала кулаки. Ох, врезать, со всех сил, от души. Впилась ногтями в ладони. Боль ни черта не отрезвила. Обидно. Но я сдержалась. Просто развернулась и ушла в свою спальню. Даже не хлопнув дверью. Мысленно я себе аплодировала стоя. За выдержку и адекватность.
