— Ты меня не бойся, Кристина. Не такой уж я плохой человек, чтобы не доверять свои тайны. Маша позвонила мне и стала задавать вопросы про мои запасы, про бабулино колдовство. Как оно передаётся, и где можно взять то или иное снадобье. Конечно, меня начало разбирать любопытство, а оно, как известно — не порок. После небольшого допроса девчонка сдалась и рассказала мне о том, кто такая, откуда взялась и чем вы там сейчас занимаетесь. Так, я узнала, что ты наделена такими же способностями, как моя почившая подруга; что в лавке стало больше довольных клиентов, а бабушкины товары, наконец, избавились от пыли и стали приносить пользу. Ещё о том, что тебе надо натаскать Машуню, чтобы она помогла открыть тебе двери, ведущие к тебе домой. Что упустила?
— Вроде всё по делу, — улыбнулась я, — и как вы к этому отнеслись?
Женщина подняла глаза к потолку и шумно отхлебнула из чашки:
— Дай-ка подумать… Да, спокойно к этому отнеслась. Удивилась, разумеется, ведь не каждый день встречается подобное чудо. Но бегать, как полоумная, не стала.
— Вы сразу поверили ей? Даже ни на секунду не сомневаясь?
— А зачем? Это ведь лишняя трата сил и времени. Если правда — то помогу чем смогу, поддержу морально хотя бы. А коли шутка — так и посмеёмся вместе.
— Вы меня впечатлили. И своим образом жизни, и отношением к людям. — уважительно произнесла я, — в вашем почтенном возрасте активно двигаетесь, держите в заботливых руках хозяйство, ездите на велосипеде. А ещё успеваете собирать травы и умело их заготавливать, насколько наслышана от Марии.
— Всё так, дорогая. Понимаю тебя. Сама часто смотрю на местных разваливающихся ходячих мумий и тогда меня, как кипятком обдаёт: не хочу становиться такой, не опущу рук, буду делать всё для своего хорошего настроения и прекрасного самочувствия. Раньше Зоя мне тоже в этом помогала. Где советом, где рецептом, а когда и просто компанией.
— Получается, бабушка Марии всё-таки являлась целителем? — Непонимающе перебила Лизоньку, — я думала, она обладала даром общения с иным миром и предсказаниями.
— У неё было много талантов, она могла и вылечить, и встретиться с теми, кого уже нет. Помню, ещё девчонками, мы баловались этим, пока однажды не встретили то, что нам совсем не нужно видеть. Но мы казались себе просто любопытными озорницами.
— Вы тоже колдуете?
— Нет, — ласково улыбнулась Лизонька, — но присутствовала при многих чудесах, что творила подруга. Она пыталась меня обучить, но, в конце концов, мы остановились на том, что буду лишь готовить для неё нужные припасы. Потом она переехала в город и открыла там свою лавочку. Звала меня присоединиться, но я слишком крепко пустила тут корни.
Лизонька устремила свой взор куда-то вперёд, предаваясь тёплым воспоминаниям минувших дней, где её подруга была ещё жива и они подолгу проводили время вместе.
— А что за случай, когда вы наткнулись на что-то страшное?
— Ох, этого никогда не забуду. Не могу сказать, что видела опасность: мне было интересно, но Зоя в тот момент чего-то сильно испугалась. По сей день не знаю точно, что же она увидела. Периодически мы развлекали себя вызовом канувших душ. Моя подруга искала из тех, кто знаком или дальних родственников. Мы проводили ритуалы либо с помощью доски, либо с зеркалом. Второе использовали намного реже, так как ведунья часто повторяла, что говорить с умершими гораздо безопаснее, чем встретиться с ними лицом к лицу. В тот день, точнее, вечер, она решила использовать как раз его. Когда я спросила, кого она хочет увидеть, та ответила, что ничего не должно произойти, так как персонаж выдуманный, и существовал лишь на страницах сказок. Ей стало просто любопытно, что случится, и кто явится, если хоть кто-то откликнется на вымышленное описание. Когда вся нужная подготовка оказалась проделана, я сидела сбоку и наблюдала за Зоей. Её глаза остекленели, и она побелела с головы до пят. Сильно испугалась за неё, ведь она буквально смотрела на что-то кошмарное. Не глядя в отражение, хоть и было жутко интересно, приподняла большое зеркало и швырнула об пол, разбив на мелкие кусочки. Только тогда Зоя встрепенулась, словно пробудившись ото сна, и подняла на меня ошеломлённые глаза. В тот злополучный вечер на её голове появилась первая седая прядь, хотя нам, на минуточку, было всего по двадцать пять лет. С той поры мы больше не баловались подобным, а мне пришло в голову вынести из своего дома все зеркала.
Я оглядела комнату: и в самом деле, ни одного, даже крошечного.
— А как же вы наносите макияж или проводите прочие процедуры?
Лизонька улыбнулась:
— Никак. Моя красота — это дар природы и драгоценной подруги.
Я вопросительно уставилась на женщину.
