– Лорд Еринэль, – насмешливо протянул муж, – вы слишком давно не видели сестру и явно успели позабыть особенности ее характера. По моему опыту, если Вероника что-то задумала, лучше дать это сразу. Иначе она все равно заполучит желаемое, но процесс будет стоить вам много сил и времени, не говоря уже о нервах.
– А ничего, что я здесь? – обиженно напомнила о своем присутствии я и попыталась пнуть ногой в голень Виллэля для особой доходчивости.
Поднаторевший в общении эльф не только легко увернулся, но и галантно подхватил под локоть, чтобы не упала. Еринэль же пинок прозевал, охнул и болезненно поморщился.
– Действительно давно не виделись, – резюмировал он, украдкой потирая пострадавшую конечность.
А как он думал? Воссоединение семьи иногда проходит болезненно.
Нас разместили в комнате самого большого особняка в центре города. Жилье с ванной комнатой и довольно просторным залом, если вы не собираетесь держать в нем боевого кота. Но Тиграш был, а места под него не было. Пришлось отвести его в местную конюшню, куда определялись на постой животные гостей. Тигров там правда не было, зато имелись несколько ящеров и даже злобно косящийся на всех левбай. Он был в узде, ему это не нравилось, но Виллэль оттащил меня в сторону раньше, чем я успела мысленно взобраться на баррикады и устроить проповедь на одну из тем: «Только абсолютно конченые гады так жестоко обращаются с животными» или «Горите в аду, грязные живодеры».
Тиграш совершенно не хотел оставаться и даже не посмотрел на приличный кусок говядины в миске. Я долго прощалась с ним, гладила умную морду, чесала за ушами, целовала в нос, нежно ворковала: словом, утешала как могла. Еринэль не выдержал душещипательного прощания и раскланялся, сославшись на какие-то важные дела, но горячо заверил, что непременно присоединится к нам позже. В какой момент исчезли шедшие позади нас дриады, так и не поняла. Да и они меня не особо интересовали. Ладно. Не интересовали вовсе. Осталась только янтарноокая брюнетка. Она и повела нас к месту тренировки, легко и плавно передвигаясь по переплетенным между собой ветвям исполинских раскидистых деревьев, словно шагала по асфальтированному тротуару. А меня высота откровенно нервировала. Трудно не смотреть вниз, когда вынуждена ставить ноги на пусть и довольно широкую, но все же ветку. И тут же высота цепляет твой взгляд, завораживая головокружительной перспективой свободного падения вниз. Сердце отчаянно трепещет, и, почти млея от ужаса, невольно представляешь – а как это? Как это будет, если сорвешься с такой высоты?
– Дорогая, – вкрадчивый голос супруга вырвал из состояния нервной задумчивости. Он слегка наклонился ко мне и понизил голос, чтобы наш проводник не могла расслышать слов. – Почему какому-то тигру достаются ласковые слова, нежность и поцелуи в нос, а мне урок фехтования на мечах? Не находишь такое распределение несправедливым?
– Тиграш не «какой-то там тигр», а мой друг. К тому же он очень пушистый, нежный, невероятный милашка и умеет мурлыкать, – встала на защиту любимца я.
– Радость моя, смею заметить я гораздо лучше… – нараспев протянул он, обдавая ухо и шею горячим дыханием. – Я очень нежный, ласковый и, если уж на то пошло, могу помурлыкать. Давай вернемся в комнату, продемонстрирую.
Его голос буквально обволакивал теплым мягким бархатом, отчетливо намекая, как именно предлагается демонстрация подобных умений. По позвоночнику пробежала невольная дрожь возбуждения и отозвалась тянущим чувством внизу живота. Вот ведь змей-искуситель в эльфийском исполнении.
«Действительно, – мысленно согласилась я, – стоило ему произнести несколько слов, и я готова растечься как плитка шоколада под палящим солнцем».
– Заманчивое предложение, – нежно промурлыкала в ответ и была удостоена медленной понимающей улыбкой. Вот же искуситель. Аж мурашки по коже. – Но есть одно «но». – Тут пришлось взять непродолжительную паузу на обдумывание не особо шизоидных версий.
Сообщать о двух мечах, периодически бубнящих в голове, не хотелось. Нет. Виллэль, конечно, поймет правильно (в конце концов, он в курсе моей способности общаться с одушевленным оружием). Или не поймет, а просто сделает вид, что все в порядке и звать психиатра вовсе не надо. А вот, если услышит дриада, точно заинтересуется. Лучше пусть считает меня чудачкой, чем окончательно сбрендившей.
– Мои… хм… учителя, – дипломатичненько получилось, и даже правда в каком-то смысле, – настаивают на совершенствовании воинских навыков. Говорят, я позорю их седины… ну или не седины. Короче, ты понял.
– Ладно, – скептически хмыкнул явно не оценивший моего внезапного горячего стремления превратиться в богиню-воительницу муж, – тренировка так тренировка.
