Лицо майормага стало мрачнее тучи в ненастный день, даже черные волосы, кажется, стали еще темнее. Он посмотрел куда-то в сторону горизонта, где небо было почему-то непривычно оранжевого цвета, и произнес угрюмо:
– Однажды я уже видел подобное.
– Когда?
– Во время войны с демонами, – еще мрачнее отозвался Рафаэль. – Это вторжение.
Глаза Айса выпучились, а Баскет, который все это время обалдело глазел то на майормага, то на короля, вздыбил шерсть, а его хвост встал трубой.
– Вторжение?! – не поверил он.
Рафаэль кивнул.
– Но кто? Кто и куда вторгается? – изумился котоголовый, кажется, он все еще не верил в серьезность ситуации.
– Вторгаются в наше Алмазное королевство, – пасмурно сообщил майормаг. – А кто – скоро узнаем. Уведите Ириану. Это может быть слишком опасно для… девушки.
Последнее слово он будто размышлял – произносить или нет. Словно не мог решить, отношусь я к девушкам или все же какая-то бессердечная машина, наполненная магией и призванная служить в Магистрариуме.
Не знаю, это ли послужило катализатором или что-то еще, но я вырвала локоть из хватки Айса и проговорила твердо:
– Кроме того, что я девушка, лорд Ксантан, я еще и маг-инспектор. И могу помочь.
Думала, он сейчас разозлится, наорет или чего хуже – вообще уволит. Но неожиданно в глазах Рафаэля Ксантана мелькнуло тепло, он наклонился ко мне и произнес тихо:
– В первую очередь, Ириана, ты девушка. Женщина. А потом уже все остальное. И какой бы крутой ты ни была, в подобных ситуациях любой нормальный мужчина будет защищать, а не брать с собой в самое пекло. А оно скоро здесь будет, можешь мне поверить.
– Это все-таки… переворот? – наконец решилась озвучить я то, что никто до сих пор не решался.
Рафаэль кивнул.
– Похоже на то.
А потом раздался свист. С неба прямо на нас летела полыхающая глыба.
– Уводи ее! – закричал Рафаэль, а сам выбросил вверх ладони.
С них сорвался толстый столб ледяной магии, а когда столкнулся глыбой, раздался жуткий треск. Я зажмурилась, пока Айс буквально силком утаскивал меня с дороги куда-то к деревьям. По инерции я брыкалась и сопротивлялась, негодуя, что со мной так обращаются, хотя в глубине души понимала – они оба действительно обо мне заботятся.
Неужели все действительно так опасно?
Но, если учитывать то, с каким усердием меня тащит Айс, дело и правда серьезное. Тогда какое я имею право их вот так бросать?
– Айс, – буквально взмолилась я, когда блондин дотащил меня до деревьев, где относительно безопасно. – Мы не можем бросить Рафаэля одного защищать короля!
К этому моменту горящие шары с неба уже падали, как настоящий дождь, и Рафаэль Ксантан каким-то чудом в одиночку умудрялся останавливать их, на лету замораживая и превращая в снег.
– Они справятся, – уверенно сказал Айс.
– Издеваешься? – изумилась я, – Рафаэль же один против… даже не знаю, против чего!
От одной мысли, что синеглазый ястреб может пострадать, внутри у меня все сжималось, а сердце пускалось в такую чехарду, что становилось страшно. Не знаю, когда я успела прикипеть к этому наглому, холодному и самоуверенному магу, но сама мысль, что в него может попасть этот полыхающий шар, вызывала почти физическую боль.
Хотя король, судя по ощущениям, которые вызывает, прекрасно в состоянии защититься сам. Или применять магию для самозащиты – слишком черная работа для его высокопоставленной персоны? Не хочет тратить магию из своих артефактов? Здесь ведь это что-то вроде денег? Но разве король не может позволить себе небольшие растраты ради такого уж дела?
Почему-то сейчас король вызывал у меня одно лишь раздражение – стоять в стороне, пока вместо него сражаются другие. Точнее – другой. Вон он, даже отсюда вижу, как его ледяное величество укрылось под магическим щитом льда. Тоже мне, монарх.
– Он трус, – глухо произнесла я, все еще удерживаемая Айсом.
– Кто? – не понял блондин. Он очень внимательно следил за всем, что происходит на поляне, а там всего лишь синеглазый ястреб самоотверженно и в одиночку сражается с горящими шарами, что сыплются с неба.
– Король, – коротко отрезала я.
Айс даже плечо мое сжал сильнее, так велико оказалось его изумление.
– Соображаешь, что говоришь? – выдохнул он. – Хорошо, что тебя не слышат. Я же не могу защищать тебя вечно.
– Да? – резко спросила я, проигнорировав его слова о защите, – чего он тогда спрятался и не помогает Рафаэлю?
– А что ты предлагаешь? – фыркнул блондин. – Чтобы он встал рядом и отбивался от огненных шаров?
– Именно!
– Милая моя, король включается в битву, когда опасность действительно высока. Крайне, я бы сказал. А если с шарами в состоянии справиться маг второго уровня, очевидно же, что случай еще не тот.
Моя уверенность в несправедливости его величества пошатнулась, я сказала:
– Так говоришь, будто этот самый случай еще наступит.
– Что-то мне подсказывает, так и получится.
И он кивнул на южный горизонт, где над лесом тревожно алеет небо.
То, что приближалось оттуда, ничего хорошего явно не сулило – громадные оранжевые всполохи, как протуберанцы, жуткими петлями медленно поднимались и опускались.
– Что это? – не веря своим глазам, спросила я.
