Мужчина помахал в воздухе бумажкой, на которой мерцала королевская печать. Я с подозрением уставилась на Эдварда.
— Полная чушь, — тихо выплюнул он, пользуясь тем, что мы сидим в отдалении. — У всего этого края пониженные налоги, я же не идиот забирать у людей все, что у них есть!
Я никак это комментировать не стала, вернулась взглядом к барону Шенберу.
— Но я же буквально недавно… — попыталась поспорить женщина. — Да сколько можно?! Я только и делаю, что плачу!
Никто не ожидал, что произойдет в следующий миг. Точнее, для местных жителей, может, это и в привычку, но я вот точно не ожидала.
Звонкая оплеуха застыла в ушах, хотя наградили ей не меня. Того самого мальчишку, возраст которого на вид был не больше лет двенадцати. Он же принял ее спокойно, только поморщился и испуганно поджал губы.
— Хлара, ты знаешь, к чему может привести неповиновение, — с притворной лаской в голосе произнес барон, задерживая руку над головой мальчишки, будто собирался повторить удар.
Я же вскочила со стула, чувствуя, как внутри меня разгорается пожар. И почти тут же Эдвард крепко взял меня за руку и потянул вниз.
— Сиди и не отсвечивай, — процедил он.
— А кто это у нас? — Мое возмущение точно не прошло мимо внимания Шенбера. Он обратил на меня свой взгляд, чуть сощурился. Я лишь упрямее сомкнула губы.
— Боги, хоть раз в жизни послушай меня, — прошептал Эдвард.
— Какая юная мисс… — Один шаг ко мне, и все внутри меня напряглось настолько, что я в ту же секунду готова была поделиться с этим придурком своим внутренним пламенем.
Из-за его спины за мной наблюдала и Хлара, и та рыжеволосая подавальщица, и мальчишка слуга. Да и в зале стало как-то слишком подозрительно тихо.
— Мы приносим свои извинения, — хриплым голосом произнес Эдвард, вставая со стула и поворачиваясь к барону вполоборота. Он приобнял меня за талию. — У моей супруги несварение желудка. Мы не хотели мешать вашим делам.
Несварение желудка?! Он что, издевается?!
Я бросила на Эдварда возмущенный взгляд.
— Вот и не мешайте, — отрезал он, проходясь и по мне, и по регенту холодным взглядом. Не узнал!
— А теперь ты спокойно сядешь и продолжишь трапезу, — прошипел на меня Эдвард. — Так нужно.
Мне дорогого стоило его послушать. Пламя внутри меня просило выхода, я его с трудом сдерживала. И смогла выдохнуть, кажется, только когда барон Шенбер забрал монеты и вышел из помещения. Доступ к воздуху, судя по всему, появился и у постояльцев, и у Хлары — барон Шенбер явно всех пугал.
— Зачем ты меня остановил?! — я все же задала этот вопрос.
— Милая, ты как считаешь, мы что-нибудь сможем сделать из замка или из ближайшей канавы?
— В смысле? Ты же регент! Он твой вассал, он обязан подчиняться!
— В прямом. Если бы барон узнал в нас тех, кем мы являемся, то мы тут же бы оказались в придорожной канаве. А всех присутствующих прирезали бы как свидетелей. Он тут местный царь и бог, он бы точно не захотел лишиться власти и привлечь внимание монархов к своим темным делишкам.
Я задумалась. А ведь он прав. У нас нет ни сил на борьбу, ни оружия. Разве что моя разбушевавшаяся нестабильная стихия. У Шенбера же тут наверняка есть свои мини-армия, которая подчиняется каждому его слову — иначе каким образом он смог заслужить такой страх у местных жителей перед одним его видом?
— Я тебе обещаю, что когда мы вернемся, тут же разберемся с этой ситуацией, — уже мягче произнес Эдвард.
— Ты прав. Прости, — тихо произнесла я.
— Ого, ты просишь прощения? — усмехнулся Эдвард. — ТЫ?
— Я была неправа, — сдавленно ответила я. — Просто он ударил ни в чем неповинного мальчика.
— Мальчика для битья, — подтвердил он. — Это процветало во время правления…
— Моего отца, — закончила я.
— Да. — Эдвард кивнул.
— Отвратительно, — ни к кому не обращаясь, резюмировала я. И сделала еще один глоток крепкой медовухи.
— Поддерживаю, — серьезно ответил Эдвард.
За те пару-тройку дней, что мы были в пути, я много думала. И об отце, и о том, к чему привело его тирания. И об Эдварде. И о самой себе, оказавшейся во всей этой вакханалии. И о матери.
Я все еще не понимала, что мне делать. Однако в то же время слишком хорошо осознавала, что делать правильно. И это «правильно» никак не вязалось с моим ощущением внутренней гармонии. А еще в нашей незапланированной экспедиции мы много разговаривали. И с Эдвардом, который с каждым днем раскрывался мне с совершенно других сторон, и с Лирой. Последняя совершенно не производила впечатление, какое может производить девчонка. На редкость вдумчивая, с несравненно глубокими и умными глазами — иногда мне казалось, что именно она из нас двоих, а то и троих, старше.
Интересно, каково ей живется с ее даром…
Во время дороги она часто подсказывала нам, где лучше сделать привал, какой тракт следует обойти и где лучше спрятаться при приближении опасности. Как бы сказали на Земле, ее способности вполне можно было назвать имбовыми — с таким попутчиком ну очень удобно.
— Ну неужели! — Во время очередного привала Эдвард вскочил на ноги и начал растирать запястья. Почти сразу с его пальцев сорвались искры магии.
