– Я умею скрывать свои чувства, – невесело усмехнулся Фасталь. И выглядел он сейчас таким… Вот даже не знаю… Немного потерянным и почему-то вдруг бесконечно одиноким. Никак не ожидала, что однажды увижу таким этого капитана-скалу. – Я научился скрывать свою боль, тревогу и симпатии тоже… Подобного требовали обстоятельства. Ни один из моих новых соратников-пиратов не должен был узнать, что у меня на душе. И я быстро заставил себя из открытого парня стать каменным изваянием.
Хестит чуть поджал губы и как будто на мгновение сник. А я почему-то вспомнила ту катастрофу, в которой погибли родные Фасталя. Не эти ли воспоминания его так волновали, тревожили? Не их ли он скрывал от всех остальных пиратов?
Хестит тряхнул головой, будто сбрасывал ненужное наваждение.
– Так что… Я отлично умею выглядеть абсолютно и убедительно хладнокровным. И это нам с тобой очень на руку. Сех не должен ничего заподозрить. Иначе – он начнет шантажировать меня еще и тобой. И тогда… дело труба. Мы оба станем ему служить. Потому что… – Фасталь слегка помолчал, вздохнул и тихо закончил: – Потому что тебя я не брошу. Ни под страхом смерти, ни под страхом рабства не смогу. Как-то оно вот так.
Он смотрел на меня таким взглядом, что опять дико захотелось потупиться. Ну нечем мне было ответить на признания и чувства Фасталя. При всем огромном желании, уважении и симпатии, которые хестит мне внушал. Особенно после этого разговора. Да и не только. Фасталь много хорошего сделал для нас с сыном и относился к нам всегда хорошо.
Я потупилась и молчала… Фасталь дышал громко и рвано, но тоже пока ничего не сказал. Пауза все больше затягивалась, напряжение искрило в воздухе так, что у меня складывалось стойкое ощущение скорого взрыва. Я не представляла, что предпримет хестит – боялась и решительных действий, и того, что Фасталь вдруг отступится.
Ну, а что? Он, в самом деле, нравился женщинам и даже многим.
Это мне его необычная внешность, как верно заметил и сам хестит, казалась пока чересчур специфической. Многие же местные, что привыкли и к ррелькорам, и даже к ынам заглядывались на Фасталя весьма и весьма недвусмысленно.
Помню, на одной из пиратских заправок, что колесила на свой страх и риск прямо по территории Галактического союза, а не пряталась возле Тортуги, капитана местные девицы аж облепили. Просили рассказать, как он служил и про эти его удивительные бои еще в бытность в имперском флоте. Сех тогда, по-моему, чуть свои крылья не съел от злости – он-то красавчик, а популярностью подобной не пользовался. Оно и понятно – Меннара боялись, про его «подвиги» все были здорово наслышаны. Так что даже его внешность казалась красивой, но одновременно – и ужасно отталкивающей.
В общем, найти мне замену – куда более ласковую и сговорчивую – для Фасталя и сейчас особого труда не составит, не говоря уже о том, что он может, действительно, вернуть себе честное имя.
Тогда все аристократки, наверное, будут его…
Хестит молчал, я тоже не могла ни заговорить с ним, ни поднять глаз. Казалось – сделай я хоть что-то в ответ – и он поймет все превратно, либо же не поймет – а это еще хуже.
В шахматах есть такой термин – цугцванг – когда любой твой ход ухудшает положение и неизбежно толкает к проигрышу.
Так что я замерла и остекленела… Слава богу, долго этот кошмар не продлился.
Фасталь в очередной уже раз прочистил горло и произнес:
– Я никогда не брошу тебя в беде. В этом можешь ни секунды не сомневаться. Я буду защищать вас с Дамиром даже один против сотен вояк. Но что хорошего из этого выйдет? Побег сейчас – единственный способ не попасть под жернова бунта, организованного Меннаром и стать свободными в этой Галактике. Так что думай, Наллена, и поскорее. И я тебе клянусь, как хестит и как арфонец, что не трону, пока ты сама не привыкнешь и не захочешь. Клянусь, что не стану никогда тебя принуждать. Это претит мне, несмотря ни на что. Уж лучше так… – Он помедлил и закончил с легкой ухмылкой, – Со специальными роботами сбрасывать напряжение…
У меня даже мурашки побежали по позвоночнику от этого очередного признания. Я-то думала… да что там! – я была совершенно уверена, что у Фасталя в «каждом порту», условно выражаясь – на каждой пиратской станции для развлечений и отдыха, на Тортуге-2 и на заправках, которые работали на преступников, по нескольку женщин…
О-оуй…
– Хорошо, – я коротко кивнула, стараясь не поднимать глаз. – Я попробую думать недолго. Просто мне ведь нужно свыкнуться, представить вас своим мужем…
Он усмехнулся – быстро и невесело.
– Лады. Я пошел. Отдыхай. Скажу, что ты совсем истощилась, и едва ногами ворочаешь. Тогда они тебя в ближайшие дни трогать не станут. Сама пока тоже лучше на глаза никому не показывайся. Сиди в своем доме, и не сталкивайся с экипажем.
– Спасибо. Именно так я и планировала сделать.
Фасталь вдруг шагнул ко мне, однако же не приблизился окончательно. Притормозил, улыбнулся, резко качнул головой, словно как-то странно отдавал честь, и торопливо устремился к дверям.