На каждой улице открылось с десяток заведений с броскими названиями типа «Путь в себя», «Черное шаманство», «Семипендюринские знахарки», «Гадания бабушки Марты» и так далее. Разумеется, всё это было враньём, на которое покупались не искушенные в подобных делах туристы, но людям нравилось.
В ночь с тридцатого апреля на первое мая обычно тихий городок — оживал. «Мистические силы» активизировались в предвкушении весёлой ночки, богатеньких туристов, хлеба и зрелищ. Хлеб, впрочем, обычно употребляли исключительно в жидком виде. На главной площади города в Вальпургиеву ночь выступали разные — известные и не очень, обычно не очень — местные группы с говорящими названиями, типа «Глючные котята».
В этом году на майские праздники в Семипендюринске собралась почти вся родня Михи, чем сама Мишка была не слишком-то довольна. А вот Полину этот факт порадовал. Родственников подруги она уважала, некоторыми даже восхищалась. Праздники обещали быть весёлыми…
И, кажется, даже были. Воспоминания Полины резко обрывались на Мишкиной кухне, где в это время — помимо них двоих — почти тихо и мирно гудели двоюродные братья Михи, её мать, бабушка и две тётки. Время приближалось к полуночи, а градус общей «подогретости» — к критическому.
Подруги уже было собирались отправиться на улицу, на народные гуляния, но… что случилось дальше, Полина вспомнить не могла. Кажется, ей на голову упало что-то большое и тяжелое, и она отключилась. «Очнулась» она уже в тушке местного героя.
Полина возблагодарила всех известных ей авторитетов за то, что в своё время случайно наткнулась на книгу о Гарри Поттере и — неожиданно даже для самой себя — втянулась. В голове «пришибленного» кузеном героя не осталось ни единого воспоминания о его прошлой жизни, и ориентироваться Полина могла только по книгам. Её немного смущал тот факт, что встреча с дементорами прошла совсем не так, как описывала Роулинг.
Впрочем, когда книги по Гарри Поттеру закончились, Полина перешла на фанатское творчество. И после первой сотни прочитанных фанфиков, она уже не могла с полной уверенностью утверждать, что из всего этого было в каноне, а что — бред больной фантазии фикрайтеров. В голове всё смешалось.
«Прорвёмся», — подумала она, проваливаясь в милосердный сон.
Комментарий к Глава 1
Кое-где по тексту встречаются – и ещё неоднократно будут встречаться – цитаты из произведений Роулинг и Завозовой. Не корысти ради, а токмо пользы для.
========== Глава 2 ==========
На следующий день Гарри Поттера будили всей толпой. К счастью, Вернон Дурсль с самого утра отправился на работу, что и избавило его от сомнительного удовольствия присутствовать на этом празднике жизни. Толпа состояла из Петунии Дурсль, которую очень взволновало нежелание племянника просыпаться, Дадли Дурсля и нескольких наглых сов с посланиями.
Совы с самого утра настойчиво долбили в окно комнаты Гарри и ни в какую не желали улетать. Когда Петуния поняла, что племянник отказывается просыпаться не ввиду плохого самочувствия, а… просто не желает — она впустила в комнату сов.
Те бодро подключились к процессу побудки героя магического мира. Не сказать, что герой был этим так уж доволен. Он лягался ногами и пихался локтями, невнятно бормотал какие-то ругательства и упорно не хотел просыпаться.
В конце концов Дадли тоже потерял терпение, он принёс из ванной комнаты тазик с холодной водой и устроил кузену водный душ. Это помогло. Вот только Гарри почему-то переключился с английского языка на иностранный. Видимо его словарный запас английских ругательств иссяк.
Поднимаясь с пола — старая детская кровать Дадли, пробуждения героя не пережила — Гарри наконец замолчал и недовольно уставился на тазик.
— Это ты сейчас чего такого сказанул? Я не понял, но звучало солидно, — ухмыляясь, оценил Дадли.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — в голосе Петунии явственно слышалось беспокойство. — Рана почти зажила, но мы не могли тебя добудиться.
Гарри отвечать не торопился, потирая многострадальную пятую точку, пострадавшую в результате малоприятного столкновения с полом, он мучительно долго размышлял. С каждой минутой промедления тревога на лице Петунии становилась всё заметнее.
— Да, тётя, всё хорошо, — наконец выдавил из себя Гарри, чтобы хоть как-то успокоить обеспокоенную женщину.
Что поделать, если Полина Кузнецова в критических ситуациях, особенно по утрам, соображала, прямо скажем, туго. И сегодняшнее пробуждение в тушке Гарри Поттера исключением не стало. Воспоминания о минувшей ночи к ней возвращались медленно. Медленнее, чем обширный словарный запас русского матерного и нежелание сдавать остатки сна без боя.
Хотя вот насчёт русского матерного, окончательно проснувшись, Полина уже не могла утверждать наверняка. Она и вчера вроде говорила на родном языке, однако была готова поспорить на что угодно, что в Великобритании в ходу явно не русский. Впрочем, так было и в прошлых её «приключениях», проблем с пониманием «аборигенов» у неё тогда не возникало.
