— Поверьте, мальчик мой, — Дамблдор наконец перестал терзать свою бороду и улыбнулся, — наш министр будет только рад, если ему удастся умолчать о вашем вкладе в нашу победу. Я думаю, воспоминаний Питера Петтигрю будет достаточно. Скорее всего, ваше непосредственное появление в министерстве даже не потребуется.
— Мистер Дамблдор, есть ли хоть маленький шанс, что наша помощь в вашей большой проблеме поможет профессору Бессмертину получить место преподавателя защиты? — Белла прекрасно знала ответ на этот вопрос, но считала необходимым задать его.
— Конечно, дитя моё, — физиономию Дамблдора окончательно покинуло недоверие, и на ней расплылась счастливая улыбка. — Я думаю, у министра не останется другого выбора, если я поставлю этот вопрос ребром.
***
— Спасибо, Римми, — устало пробормотал Люциус, поднимаясь с пола в своём кабинете.
Поддержание иллюзий такого уровня — сначала змеемордая личина Волдеморта, потом колдовской огонь — здорово истощили его магический резерв. Вряд ли он смог бы аппарировать сам, но Том, к счастью, этот нюанс учёл и предложил включить в их план домовых эльфов.
Домовик, незаметно перенёсший «хладный труп» фальшивого Волдеморта, истекающего бутафорской кровью, с окраины Хогсмида в Малфой-Мэнор, даже не удивляясь неожиданной любезности хозяина, поклонился и предложил:
— Римми приготовит ванну с травами и распорядится насчёт лёгкого ужина.
— Хорошо, — благосклонно кивнул Люциус, устраиваясь на диване и отпуская домовика. Он кинул тоскливый взгляд на шкаф, в котором хранил бутылки с алкоголем, но не нашёл в себе сил подняться с дивана.
========== Глава 15 ==========
— Вам очень идёт профессорская мантия, Володенька, — Белла, как всегда, была сверх меры позитивна.
Том привычно поморщился, но не стал её одёргивать. Володенька, так Володенька.
— Розочка, — в тон Белле ответил он, вертясь перед зеркалом в отведённых ему покоях, — вам не кажется, что я могу и сам одеться?
— Сегодня наш первый рабочий день, — невозмутимо ответила Белла, переходя с шутливо-уважительного обращения на более привычное Тому. — Всё должно быть на уровне. Ты не забыл обновить чары? Не хватало ещё, чтобы всплыло твоё радужное прошлое.
— Не забыл, — чуть резче, чем стоило бы, огрызнулся Том. — Ты мне все выходные на мозги капала, я их теперь на автомате обновляю.
— Вот и молодец, — Белла бросила последний взгляд в зеркало, стряхнула несколько несуществующих пылинок с рукава своей мантии и направилась к выходу из комнаты. — Ты идёшь? Мы опоздаем на завтрак.
«Мне одному кажется, что она уже считает нас своей собственностью?» — поинтересовался Поттер, когда Том запер чарами двери в свои покои и направился следом за Беллой в большой зал.
«Ей палец в рот не клади, вместе с рукой откусит», — уныло согласился Том.
За те несколько дней, что прошло с момента «убийства» Волдеморта, Белла успела если не загнать его под каблук, то как минимум прибрать к рукам.
Как и предсказывал Дамблдор, их визит в министерство даже не потребовался. Вызванные директором авроры быстренько опросили «свидетелей», изучили мокрое пятно, оставшееся от «трупа», забрали Петтигрю и отчалили.
Остаток недели Том и Белла обживались в Хогвартсе, но на глаза студентам пока не показывались. Дамблдор представил их преподавательскому составу, выдал прошлогодний план занятий — так как в этом году защите от тёмных искусств особого внимания не уделялось — и сбежал из Хогвартса. По крайней мере, это выглядело так, будто он сбежал.
В воскресенье ночью Том передал Белле свой предпоследний хоркрукс, и тот прямо на месте был торжественно деактивирован. Диадему Ровены Равенкло, избавленную от тёмной магии и осколка своей души, бывший Тёмный Лорд, недолго думая, закинул под кровать в своих новых покоях, приказав Нагайне охранять.
За размышлениями Том не заметил, как они дошли до большого зала. Уже устроившись за преподавательским столом, он запоздало поздоровался с коллегами и окинул равнодушным взглядом столы факультетов. Завтрак только начинался, поэтому студентов было немного.
«Что за хрень? Это же…» — Том, едва не подскочив на месте, неверяще уставился на гриффиндорский стол, благодаря Мерлина за то, что не высказался вслух.
«Я…» — ментальный голос Поттера звучал как-то потерянно.
За столом Гриффиндора о чём-то оживлённо переговаривались три парня и девушка. Они периодически кидали заинтересованные взгляды в угол зала, где под наколдованным покрывалом пряталась Амбридж, и совершенно не обращали внимания на пополнение за преподавательским столом.
«Это я», — повторил Поттер, и в этот раз Том отчётливо почувствовал его недоверие и возмущение.
Действительно, не узнать в одном из этих подростков Поттера, было невозможно. Вот только Том больше не чувствовал в нём частичку своей души, по нелепой случайности «одолженную» им годовалому младенцу.
«Это я!» — в третий раз повторил Поттер.
